Простись со всеми, детка!

Ретивая сорокалетняя бабенка, шубы меняла чаще молодых бойфрендов. А ресторатор рогами обвешан так, что голову носить устал, и статус мужа, кстати.

Петляя по второстепенным улочкам и умело избегая пробок, Евдокия добралась до дома Вероники. Припарковавшись у подъезда, некоторое время сидела, уставившись в стекло и тиская руками руль: сил набиралась перед встречей с раздавленной горем матерью.

Решилась. Вылезла из «рено». Хлопнула дверцей автомобиля и по плохо расчищенной после ночного снегопада дорожке поплелась к подъезду: «Господи Всевышний! Дай нам всем силы!»

Тетя Таня спала.

– Проспит до вечера, – встречая Евдокию, негромко проговорила старшая сестра покойной. Низенькая полногрудая блондинка лет тридцати с небольшим.

Жила Ирина отдельно, в новостройке возле МКАД, но на ближайшие дни, вероятно, поселится здесь. Оставит мужа и детей поблизости от их школы, где муж учителем работает, возьмет отпуск за свой счет и встанет на круглосуточное дежурство с аптечкой в зубах.

– Пойдем на кухню, я там борщ варю, скоро все наши соберутся… Чем-то их кормить надо.

Сыщица повесила на плечики скромную черную курточку. Переобулась в тапки и достала из сумки конверт.

– Вот, Ирина. Возьми. Это на расходы и памятник.

Ира взяла конверт и молча засунула его в карман фартука на животе. По длинной тесной кишке коридора отправилась на кухню. А Евдокия следом потащилась.

«Эх, паршиво-то все как! Ирка за ночь постарела лет на десять.

Ирина колдовала над заправкой для борща, сидящая на табурете гостья смотрела в ее спину и не знала, с чего начать разговор. Соболезнования уже высказаны. Прилично ли начать расспросы?

– Ир. Скажи. А почему Вероника решила в сыщицы наняться? У нее педагогическое образование и вроде…

– Почему?! – неожиданно и резко развернулась Ирина. Швырнула в мойку деревянную лопаточку.

– Линка? – удивленно уточнила Дуся. – А она-то здесь при чем?

Нависая над сидящей гостьей, Ирина повела рассказ.

Примерно две недели назад встретила Мотя на улице одноклассницу Синицыну – лучшую подругу Дуси. Синицына счастливая, беременная, вся в соболях. (Мама уговорила Линку рожать в московской клинике у знакомого акушера. Муж Сергей остался дома в Н-ске, но мотался в Первопрестольную как подорванный.