Невеста по найму

Так что спасибо, Дуся. Я сейчас припоминаю разговор за столом. Тереза и вправду как-то странно оборвала разговор о вероятном мэрстве Женьки.

– Вот. А я о чем. Тереза странная.

– Но у нее есть алиби. Мы, Дуська, сюда убийство Муромца приехали расследовать, а не копаться в Женькиной карьере. Оставим эту тему за скобками, я на досуге поразмышляю, с Евгением поговорю, может быть, здесь все выеденного яйца не стоит. Тереза просто ревнует и вредничает. Что по этому поводу Модест насплетничал?

– А ничего, – улыбнулась Евдокия.

 – Его эта тема не волнует. Я спросила: «Что с Терезой, почему она такая заледеневшая?» Модест сразу съехал на новенькую таможенницу, сказал, что у той кривые икры и плоская задница, так что Тереза зря беснуется. В секретаршах мэра этой девушке не быть.

– Модест тебя саму о чем-то спрашивал?

– Коне-е-ечно, дарлинг, спросил, как называются мои духи!

Ухмыляясь с легким ядом, Евдокия думала о том, что, вероятно, не зря сюда приехала.

Представить, как Васильевич с Казимировичем сплетничает, – совершенно невозможно! А Дуся – запросто. Модест и его матушка ценнейшие источники информации. (Паршин подчиненной завсегда по этому поводу комплименты отвешивал, раскручивать на разговоры кумушек и бабушек – за просмотром фотографий или просто на скамейке перед домом – лучше Евдокии вряд ли кто-то может!) Пока Землероева гордилась, шпион Васильевич сосредоточенно разглядывая потолок.

– Николай Васильевич, – обратилась к нему Дуся, – мы как, партнеры?

– Ну, – невнимательно буркнул Шаповалов.

– Я имею право спросить, какие у тебя мысли появились?

– Ну.

– Тогда колись. Какие есть идеи?

– Идей, Дуська, нет, – не отвлекая глаз от потолка, сказал «жених». – Была одна, но вот выгорит ли… Я напустил туману. Сказал, что Илья мне звонил за день до смерти…

Говоря, что «напустил туману», Николай Васильевич поскромничал. На перекуре он заявил мужчинам, будто в разговоре по телефону Муромец ему кое-какие кончики оставил и старый друг отсюда не уедет, пока не вычислит гаденыша, убившего его наставника.

– И что? – испуганно спросила Дуся.

– А то. И Макс и Женька согласились оказать мне максимальное содействие. Сказали – живи здесь, дядя Мухобой, хоть год, хоть два, но убийцу нам сыщи.

– Николай Васильевич… – Голос Евдокии слегка дрожал, она прекрасно понимала, в чем состоит идея отставного диверсанта.