Паника, убийство и немного глупости

Савельев проехал метров триста вперед, свернул в переулок и, развернувшись в каком-то дворе, через пять минут вернулся.

На обочине дороги, стоя между бамперами двух машин, возбужденно подскакивал гражданин в перепачканной бежевой дубленке. Только когда Рома подъехал почти вплотную, он перестал подпрыгивать, и тот вспомнил: бедняга без очков почти не видит.

Гражданин раскрыл дверцу машины и, не залезая в салон, буквально прорыдал:

– Не работает! Банкомат неисправен!

– О боже, – простонал Роман. – Садитесь! Подвезу вас куда-нибудь еще.

– Я не успею!! В аэропорту Шереметьево меня ждет женщина!

У каждого нормального мужика при словах, произнесенных таким тоном: меня ждет женщина! – обязательно екает сердце. И просыпается мужская солидарность. Несчастный подслеповатый гражданин таращился на Рому глазами, которые уже заволокла слеза; Савельев – не просто нормальный, а супернормальный мужик – решительно кивнул:

– Садитесь, я отвезу вас в аэропорт. Там есть и банкоматы.

– Я заплачу! – обрадовался опаздывающий к женщине пассажир.

– Не стоит, – отозвался Рома, дождался хлопка задней дверцы и ввел автомобиль в поток машин. – Вам Шереметьево-2 нужно?

– Да. Спасибо вам огромное.

Минут через двадцать, успешно прострелив Химки, джип въехал в намертво стоящую пробку. Привычные к подобному состоянию столичные водители безропотно застыли на приколе. Опаздывающий пассажир скукожился на заднем сиденье, его глаза с испугом и надеждой ловили взгляд Савельева в зеркале.

«Вот дьявол! – ругался про себя боксер. – Подвел человека, самаритянин хренов… Вызвали бы мотор, и ушлый московский водила наверняка бы нашел дорожку, огибающую многокилометровый затор. На объездных тропинках столичные таксисты не одну собаку съели…»

И спутникового навигатора, как назло, нет. С недавних пор на парковку возле спортивного клуба повадились автомобильные воришки, бьют стекла и технику вытаскивают…

– Черт! – выругался Рома вслух и обернулся.

– Нет, – покачал головой пассажир. – В Израиль. К тете.

– А женщина ваша…

– Не моя, – перебил бедолага. – Брата.

– А-а-а, – слегка разочарованно протянул Савельев. Глаза далекой, ждущей незнакомки немного утратили придуманную манящую прелесть. – Вас, кстати, как зовут?

– Виталий Викторович… Виталий.

– Я – Роман. Дождется женщина, Виталий?

– Не знаю, – глухо и потерянно ответил спасенный бедолага.