Паника, убийство и немного глупости

– Хотели отобрать чемодан…

– Хотели отобрать документы, – тихонько поправил Маргадон. – Те, которые я в аэропорт вез.

– Вот-вот, – кивнул Роман. – Хотели, да не получилось. Я вовремя мимо проходил. А потом, – боксер отпил компот, – Виталий Викторович сказал, что лучше б его те бандиты все-таки убили…

– Как это – убили?! – опешила добрейшая Софья Тихоновна и так посмотрела на Мусина, что у него мгновенно запылали уши.

– Мне незачем жить, – вздохнул он протяжно. – Я никчемный человек.

– Господи! Молодой человек, да что вы такое говорите?!

Обращение «молодой человек» наверняка было выбрано доброй дамой не случайно.

Оно подчеркивало пригодность Мусина к дальнейшей жизни…

Виталий Викторович тем не менее скуксился и произнес уныло:

– Да-да… Я всех подвел…

Надежда Прохоровна, хорошо знакомая с типажом, умело напрашивающимся на сочувствие, слегка, но недовольно покряхтела. Сын ее стародавней подруги из соседнего дома вот так же… Придет, за стол сядет и давай вздыхать. Сидит, сидит, нервы мотает, мотает… Пока мама не начнет переживать: чего ты, сыночек, не кушаешь, чего не весел?! А у сыночка всех бед – что кошелек пустой.

Но представление устроит – что твой Никулин!

Надежда Прохоровна сурово поджала губы – знаем мы этих «ограбленных», больше ста рублей в долг не дадим – и очень удивилась, услышав продолжение от Ромы:

– У Виталия Викторовича еще нотариуса сегодня сожгли… Я сам по радио слышал.

Жертв удалось избежать, но контора сгорела дотла.

Ого!

Более приманчивой наживки лукавый тренер боксеров изобрести не мог.

Надежда Прохоровна мигом забыла о подозрениях в покусительстве на пенсионные накопления и повернулась к гостю всем корпусом.

Савельев заметил изменение в положении бабы-Надиного тела, усмехнулся про себя – ага, любительница криминальных сериалов, проняло! – и продолжил:

– Я посоветовал Виталию Викторовичу обратиться в милицию, сообщить о нападении, но он не хочет.

– Почему? – спросила Надежда Прохоровна, не оборачиваясь, ловко нашарила на серванте позади себя очки и нацепила их на нос.

– Я не могу… – печально проговорил гость. – Я не могу подвести брата еще больше…

– А брат-то тут при чем? – Надежда Прохоровна с подачи Ромы заглотила наживку до грузила и лески.

– А он… пропал… Не знаю куда… Точнее – догадываюсь, что с ним могло произойти нечто ужасное… Но в милицию идти не могу.

– Да почему?!

«Для этого Петя должен быть за границей, – мог бы ответить Маргадон.