Плачу любые деньги

Миронов пожевал губами и, не собираясь оставлять последнее слово за дочерью, сказал:

– Ужин в семь. Не опаздывай.

– Я не хочу!

– Придешь, послушаешь, что я хочу сказать, потом реви сколько влезет.

Миронов резко захлопнул дверь. Дуся и Вера едва успели отскочить к подоконнику.

– Дети, – глубокомысленно, под нос, пробормотал папаша. Невидяще посмотрел на гостью и прислугу: – Чего я там?.. Ах да. Вера, где Алевтина?

– Где-то здесь, – бодро и бестолково отчиталась горничная. – Позвать?

– Нет, покажи сама Евдокии голубую комнату.

Объясни там все… – Отвлекся на раздавшийся с другого конца анфилады легкий, быстрый перестук женских каблучков. – Та-а-ак, – пробормотал, – коршуны слетаются.

Как немного позже убедилась Евдокия, один из показанных в ресторане снимков оказался крайне удачным: фотограф поймал Миронову тещу в очень характерной позе. Нахохлившаяся Инесса Сигизмундовна, сложа цепкие подагрические пальцы перед грудью, опиралась задом на тумбу и в тот момент реально напоминала оголодавшего вислоносого грифа со слегка опухшими красными веками, присевшего на сук над трупом.

Так что упоминание коршунов прозвучало к месту. Шагающая по анфиладе Сигизмундовна походила на несущуюся вперед птицу: каре угольно-черных волос придавало сходство уже не с грифом, а с растревоженной вороной или грозным коршуном.

– Валите отсюда, – тихонько порекомендовал Мирон горничной и Дусе и всем телом развернулся к теще.

Вера бочком поструилась вдоль окон, Евдокия позволила себе разочек оглянуться.

Краем глаза зацепила сцену встречи Сигизмундовны и зятя, поняла, что никаких дополнительных расспросов относительно расклада сил в этом доме уже не требуется: зять и теща находились в открытой и непримиримой конфронтации. Застыли возле двери в комнату Анны и молча буравили друг друга взглядами. Не исключено, что ясновельможная родственница намеренно провоцирует ненавистного зятя на громкие скандалы, уходя, подумала Землероева.

Едва оказавшись на лестнице, Вера шумно, всей грудью вдохнула воздух.

«Пронесла нелегкая», – читалось в этом вдохе.

– Воюют? – не для сбора информации, а для завязки разговора поинтересовалась Дуся.

– Ну как сказать, – вильнула вышколенная горничная. Тут же, вероятно, вспомнила, что хозяин уже оговорился относительно слетающихся коршунов, и добавила: – Бывает иногда…

Саша, по всей видимости, еще не объяснил домашним и прислуге, кто такая Дуся Землероева и почему поселяется на третьем мансардном этаже.