Рефлекс убийцы

Генриетта Константиновна подошла к бабушке Губкиной, села в соседнее кресло и, доверительно склонившись над подлокотником, сказала:

– Представляете, Надежда Прохоровна, к нам фокусник приехал.

Непонятно, что больше удивило бабу Надю – факт приезда циркача на похороны или то, что Разольская так лихо, с одного раза, запомнила ее имя-отчество. Обычно богатенькие дамочки имена бабушек-вязальщиц забывают через пять секунд. Если, конечно, те неожиданно не подсовывают им визиток, извлеченных из мотков козьей пряжи.

– Фокусник? – переспросила она с интересом.

 – У вас же, как я догадалась, поминки?

– Да! – пораженная несовместимостью событий, развеселилась Разольская. – У нас – поминки. Но, – опять склонилась ближе к бабе Наде, – судьба распорядилась жестоко…

Несколько минут Генриетта Константиновна посвящала Надежду Прохоровну в известную той суть сегодняшнего мероприятия: должны были отметить день рождения, а получились похороны…

– …И вот я думаю, Надежда Прохоровна, Сережа заказал приезд фокусника на день рождения, того никто не удосужился предупредить об отмене торжества, артист приехал… Казус, казус.

– И что вы будете делать? Назад его отошлете?

– Коллегиально было решено – оставить все как есть, – поднимая брови, сказала Разольская. – Может быть, – растопыренные пальчики в черных перчатках поднялись вверх, указывая на Небеса (притиснутый плотнее локтем Арно обиженно заворчал), – там так решили? Может быть, это последний привет от Сереженьки? – Сделала мину еще более постной и доверительно спросила: – Как вы думаете?

Надежда Прохоровна немного напоказ задумалась.

Если вспомнить о гармони на Васиных похоронах… Все в лучших российских традициях: «Хоронили тещу, порвали два баяна».

– Думаю, в обиде он не будет, – сказала честно.

– И мы так решили, – удовлетворенно кивнула Разольская. – Если уж случилось, таков перст судьбы. – Достала из-под мышки коричневую собачонку, подержала ее на вытянутых руках, чмокнула в нос.

Помимо лакового ошейника с камушками, на собаке оказалась какая-то смешная юбочка из плюша с блестками.

Арно высунул из пасти острый розовый язычок и в ответ облизал напудренный хозяйский нос.

Генриетта истово прижала трепыхающуюся собачонку к груди, потом распределила ее лапки по животу и привычно прижала локтем.

Арно привычно обвис когтями вниз.

– Надежда Прохоровна, вы тоже обязательно приходите на представление, – неожиданно, потому что смотрела на суетящихся в гостиной официантов, сказала Генриетта.