Сын безумия

Только один человек, побывавший в его Доме, смог опознать в мутном стекле ценнейший реликт – настоящее земное зеркало в раме из практически утерянного красного дерева.

Но то был ученый, историк, один из известнейших специалистов по древней истории Земли. А это довольно узкая специализация, сам Эйринам не мог похвастаться глубокими знаниями в этой области.

Зафс изучает доисторические справочники галактики Млечный Путь и конкретно – Землю?

Но три галачаса назад он уверенно произвел реконструкцию Туранской битвы! А это совершенно другая область! Другое время! Другая цивилизация!

Или… его обучение узко направлено на… несколько отраслей?

Нет.

Временной и пространственный разрыв неоправданно велик.

Кто он – Зафс Варнаа?

А Зафс Варнаа сидел рядом с Леверой на пассажирском сиденье флаера и безучастно следил, как девушка лихо обгоняет медлительный общественный транспорт, грузовые платформы и прочие неторопливо летящие машины. Левера наслаждалась скоростью, хорошей погодой и вновь переживала каждую минуту недавнего триумфа.

Профессор Эйринам пригласил ее в Дом! Разговоров об этом посещении хватит на несколько дней…

«Как все глупо, однако». – Зафса терзало чувство досады. И вины.

Он не смог, а точнее, не захотел побороть всплеск. Он позволил себе поддаться искушению, он – выделился.

И дело было не в том, что в последний момент «экскурсии» он пожалел добряка профессора и похвалил первый же, случайно выбранный экспонат. Дело было в самом факте отступления от правил: не обращать на себя внимания, не бросаться в глаза, не выделяться, быть обычным.

Несколько сотен зрителей стали свидетелями его беспечности. Как цирковой жонглер, он выпрыгнул на освещенную арену, и крики «браво!» совсем сроднили его с клоунадой.

«Идиот, фигляр, мальчишка! – кусая в досаде губы, ругал себя Зафс. – Нельзя было идти на эту лекцию! Ты уже чувствовал всплеск! Знал, что он тебя захватит!»

Зафс покосился на улыбающуюся Леверу. Точеный носик, розовые ушки, тонкая шея в пене белых, шелковых волос и глаза – два голубых сапфира в оправе из почерневшего серебра…

Зафс мечтал прикоснуться губами к этой нежной шее уже долгие месяцы.

Соседка каждый день мелькала под окнами его комнаты – то в прозрачном домашнем одеянии, то в строгом костюме прилежной ученицы, то… ее силуэт появлялся в его снах…

«Болван! Влюбленный недоросль!»

Отец его предупреждал. Он говорил не раз, что чувства проявятся там, где логика заснула.