Осколки маминой любви

Глава 4

«Cкорая» и справка о смерти от врача, милиция и оформление протокола осмотра трупа, морг, свидетельство… Супруг Светланы скончался от потери крови. Его труп жена и падчерица обнаружили в ванной, наполненной кровавой водой, спустя два часа после смерти. Светлана сразу же позвонила в бюро похоронных услуг, где покойника помыли, одели и положили в холодильник на хранение. Труп частично «задубел». Как ни старались подвязать подбородок, рот оставался страшно распахнут, и судмедэкспертам пришлось его ломать и зашивать.

Светлана сделала всё, чтоб уговорить батюшку разрешить похоронить мужа на кладбище вместе с остальными усопшими, а не за воротами, как поступают по правилам Христианской Православной церкви с самоубийцами. Хоронили Александра в селе, недалеко от усадьбы его родителей, где еще летом он, смеясь, рассказывал мальчишкам, как выманить из тины огромного сома.

Стояла глубокая осень. К концу ноября пронизывающий холод Среднего Поволжья сковал землю и руки могильщиков: копать яму с каждой минутой становилось всё труднее.

Провожая мертвого сына в последний путь, мать Александра, Зинаида, молча заливалась слезами. Дед обнял за плечи свою старушку.

– Кукленок, у тебя давление, нельзя тебе, – он вытащил носовой платок из кармана, вытер им со щек своей жены солёную жидкость.

Кто-то в толпе прихожан, нетерпеливо ожидавших повода выпить поминальной водки, шептался: «Это Светка довела», «Зачем рот-то зашили», «Не топчись по земле, следы не оставляй», «Когда уходить будем, не оглядывайся!».

По христианскому православному обычаю люди прощались с покойным, целуя его в лоб. Владимир не плакал, казалось, даже не понимал, что произошло. Он молча поцеловал холодный лоб отца и отошёл от гроба вместе со Светланой, которая, казалось, вот-вот потеряет сознание. Настал черед Марии, она приблизилась к гробу и склонила лицо над умершим, как вдруг ко всеобщему ужасу покойник «улыбнулся»: нити, стягивающие губы, лопнули, и зашитый рот трупа распахнулся в чудовищной гримасе. Все страшно ахнули, Мария отскочила от гроба, чуть не лишившись чувств.

– Это – убийца Сашки! – кто-то крикнул из толпы прихожан. Послышался общий гул, шушуканье. Гроб наспех заколотили, погрузили, засыпали землей и разошлись – кто – по домам, кто – в сельскую столовую за дармовой водкой, пирогом и сплетнями – на поминки.

На плечи Светланы легли тяжелые хлопоты. Новоиспеченной вдове теперь предстояло закончить строительство собственного дома в деревне.