Дороги и сны

Лучше расскажи подробнее, как тебе удалось отыскать мир, где обитает Повелитель?

– Оказалось, я с самого начала в нем и находился, только не знал об этом, пока местные жители не упомянули этого злодея в моем присутствии! Он ведь и там тоже всем нагадить успел, и там точно так же не знают, что с ним делать. Получается, он в мире единственный маг, да еще и бессмертный… как бы… я не знаю точно насколько, но говорят, что абсолютно. Мэтресса Морриган, а бывает хотя бы теоретически абсолютно бессмертная нежить?

Волшебница едва заметно качнула головой:

– Даже высший лич, возможность существования которого до сих пор не доказана, теоретически может быть упокоен.

Правда, это будет несколько проблематично, ибо ни один разумный маг, будь он простой лич или высший, не станет хранить свой филактерий в легкодоступном месте, но все же…

– А вы могли бы определить точно, во что он превратился и насколько оно смертно?

– Если бы у меня была возможность его изучить – несомненно. Но насколько я понимаю, такой возможности у нас нет.

Если ты даже Жака найти не смог, то Повелитель тебе и подавно не по зубам.

– Верно, – через силу согласился Мафей, напомнив себе, что за этим он и пришел и не время сейчас ломаться и строить из себя крутого. – Мне нужна ваша помощь. Драться я умею, но этого мало. С пространственным поиском у меня проблемы, а в некромантии я полнейший невежда. Сам я не смогу разобраться, что такое Повелитель и как его прихлопнуть.

– Уж точно не мухобойкой, – чуть улыбнулась мэтресса Морриган.

 – Боюсь, это тебя ужасно расстроит, но твое заявление касательно умения драться кажется мне… скажем так, неосознанным преувеличением. Ты ценен не как боец, ибо боевой маг из тебя пока что весьма посредственный. Твоя важность и незаменимость заключается в том, что из нас всех ты единственный способен перемещаться между мирами. Без тебя ни я, ни любой другой из наших коллег не сможем ни попасть туда, ни вернуться обратно. И я попрошу тебя накрепко запомнить последнее, чтобы мне не приходилось об этом напоминать всякий раз, как тебя охватит желание совершить какой-нибудь великий подвиг.

– Пока что ни о подвигах, ни вообще о битвах речь не идет, – уклончиво ответил Мафей, решив не тратить силы на теоретические споры раньше времени, но в последний момент, когда дело уже действительно дойдет до сражения, упереться и стоять на своем до конца. – Мы даже не знаем, с чем имеем дело и что от нас потребуется. И для начала хорошо бы хоть в этом разобраться.