Люди и призраки

Ваше величество, вам просто-напросто хочется жить, вот вы и ноете не по делу. Всем хочется жить. Но раз уж не получается, извольте умереть достойно, без нытья, жалоб и мечтаний о несбыточном. И вообще, нечего торчать посреди гостиной, займитесь делом. А то пока вы будете тут стоять… то есть висеть… и страдать, вас похоронят, и плакали ваши планы давать советы бестолковому кузену. А это просто необходимо, а то наворотит чего-нибудь похлеще, чем его батюшка устроил с этой Комиссией… Первый паладин ведь документы читать вообще не умеет, разве что в стихах их станут составлять.

У дверей спальни возникло серое облачко, и из него показались Жак с Мафеем, странно просветленные и явно чем-то очень довольные.

– Мафей! – окликнул король. – Где тебя носило? Я жду, а тебя все нет…

Мальчишка огляделся, встревоженно пробежал глазами по комнате и безошибочно остановил взгляд на Шелларе.

– Жак, ты иди… – неуверенно сказал он. – Я сейчас… одну минутку.

– А что случилось? – не понял шут. Он, разумеется, ничего не видел и не слышал. Куда ему разглядеть призраков, если он даже иллюзий не видит. – Что-то не так?

– Нет, иди. Скорее. Сейчас приду. Жак, давай быстрее, не тяни.

– Ну ладно… – пожал плечами так ничего и не понявший шут и скрылся за дверью.

А Мафей сделал несколько неуверенных шагов вперед и тихонько спросил:

– Шеллар, это ты? Здесь, у стола.

– Я, малыш, – улыбнулся король.

– Шеллар, – чуть не плача, вскрикнул принц, – ты… призрак? Значит, ты уже умер? Мы опоздали? Ведь мэтр сказал…

– Да нет, я еще не умер, но собираюсь. А куда вы так торопились? Что опять придумал Жак?

Мафей подошел ближе и попытался дотронуться до Шеллара рукой.

– А как у тебя так получилось? – спросил он. – Это что, все становятся призраками? Или только особенные?

Король заметил, что мальчишка опять уходит от ответа, но настаивать не стал.

– Мафей, выслушай, пожалуйста, что я тебе скажу. И передай всем. Когда я умру, не хороните меня и не проводите никаких обрядов. Иначе я не смогу стать призраком и остаться с вами, а я этого очень хочу. Ты понял?

– Понял, – кивнул Мафей. – Только ты и мэтру тоже скажи, а то мне могут не поверить. Скажут, ребенок от горя рассудком подвинулся или еще чего.