Поспорить с судьбой

Весьма неприятное, должен признаться. Но все равно спасибо.

– Не за что, – вздохнул эльф и критически оглядел свои художества. – Поверни голову чуть-чуть вправо.

– Ты скоро закончишь? – поинтересовался Кантор. – Мне уже надоело сидеть. Я курить хочу. Почему тебе вдруг приспичило меня рисовать?

– Не знаю, – пожал плечами принц. – Иногда мне просто хочется сделать это. Потерпи немножко. Я скоро закончу. Кстати, помнишь, ты мне рассказывал про своего знакомого… ну, который как я?

– И что?

– А он курит?

– Да.

А тебе-то что?

– Просто хотел узнать, не опасно ли это для эльфов.

– Что, срочно решил закурить? Думаешь, ты от этого повзрослеешь? Лучше сначала научись колдовать не ломая мебель. А курить тебе еще рано.

Мафей покосился на стол и вздохнул. Кантор тоже полюбовался на творение шкодливого эльфа и подумал, что, если б его не предупредили заранее, он ни за что бы не догадался, что это иллюзия. Интересно, как это Ольга и Жак их не видят? Бывает же…

– А во сколько лет ты сам начал курить? – поинтересовался Мафей как бы между прочим.

– В двадцать пять, – усмехнулся Кантор. – Хотел меня уесть? Не выйдет.

– Ну что ж, – философски согласился принц. – Не все же время должно получаться. Зато Шеллара я на этом уел. Он закурил в двенадцать. А еще говорят, если рано начать курить, то не вырастешь… Не смейся, пожалуйста. Сделай лицо, как было. И не улыбайся.

– А ты нарисуй, как я улыбаюсь.

– Не хочу. Ты как-то не так улыбаешься. Словно улыбка не твоя. Кстати, что означает то, что видит в тебе Азиль? Мертвые пятна и перерезанное горло?

«Спасибо, хоть про черную паутину не спросил!» – подумал Кантор и вдруг с ужасом понял, что, в отличие от всех остальных, маленький эльф не спросил про эту самую паутину не потому, что щадил его самолюбие, а просто потому, что мертвые пятна его интересовали больше.

И вполне может спросить, если вдруг заинтересуется. Эльфы к этим вещам относятся проще и легче, и мальчишка просто не поймет, почему для мистралийца это так страшно… Надо срочно переводить разговор на что-то другое… Или подольше порассуждать о мертвых пятнах, может отвлечется…

– Кстати, а где именно находятся эти самые пятна? – ответил он.

– Правая половина лица, – охотно стал перечислять Мафей, пристально прищурившись. – Нос, губы… Кисть правой руки… две полосы на спине и несколько пятен помельче на груди и животе.

– А-а, – понимающе кивнул Кантор. – Это те места, где по идее должны были остаться шрамы, но их почему-то нет.