Путь, выбирающий нас

», другой изумленно выдохнул, что «так не бывает!»…

Грудь пациента несколько раз судорожно дернулась, восковое лицо исказилось гримасой боли, и хриплый стон на первом вдохе вызвал всеобщий восторг.

– Орландо, слушай внимательно, – быстро заговорил Хоулиан. – У тебя есть пять минут, начинай регенерацию, вот здесь… Чувствуешь? Внутри. Я держу там метку…

– Не могу… – слабо простонал героический король Мистралии. – Не чувствую… Больно… Дышать больно…

Одним быстрым рывком сотворив обезболивающее заклинание, заботливый папа продолжил:

– Так лучше?

– Да…

– Теперь чувствуешь – где?

– Кажется…

– Начинай регенерацию.

Скорее.

– Мне плохо…

– Соберись. У тебя пять минут. Дольше я не продержу. Всего пять минут, чтобы спасти свою жизнь. Остальное сейчас неважно.

Орландо, видимо, вспомнил о долге перед народом и державой, так как больше возражений не последовало.

– Здесь?

– Ниже, глубже и правее.

– Здесь?

– Еще чуть правее. Вот здесь.

Чувствовать чужую регенерацию Мафей не умел, но, судя по всему, процесс пошел.

Что б мы делали без Хоулиана?! – с надеждой подумал принц. Кто бы еще смог вот так, за полминуты, на чистой Силе вдохнуть жизнь в это тело, пусть даже на пять минут? Пяти минут хватит, регенерацию надо только запустить, а там можно опять валяться без чувств, она будет идти своим чередом. Теперь нам остается только продержать Орландо, пока не восстановятся хотя бы частично основные функции организма, чтобы сам смог дышать, а там уж дело времени…

Прошло явно больше пяти минут, когда эльф чуть дрогнул, пошатнулся и быстро произнес:

– Все, подхватывайте.

Мафей и его коллеги без вопросов и уточнений бросились на свои места, а Хоулиан, не прощаясь, телепортировался прямо от стола. Только через полтора часа, когда принца сменили, он сообразил, что и парой слов не перекинулся со старым приятелем, не спросил, как дела, даже не поздоровался. Да и сам-то приятель хорош – мелькнул летящей ласточкой и испарился, и еще неизвестно, заметил ли Мафея да узнал ли…

На следующее утро высочайший консилиум решил снять искусственное жизнеобеспечение за ненадобностью, оставив при пациенте лишь четверых магов для круглосуточного наблюдения.

Мафей с одобрения наставника остался в числе этих четверых.

«В пятой стихии есть своя прелесть, ее надо только почувствовать», – говорил когда-то мэтр Истран, впервые познакомив юного ученика с этим разделом магии.