Распутья. Наследие Повелителя

Может, стоит напомнить наглой женщине, что не она здесь старейшина и нет у нее никаких прав единолично решать такие вопросы? Собрать своих, прихватить стражей, силой войти в дом и потребовать объяснений – уже не перед ним лично, а перед всей общиной?

А если она уже все знает? Если призрак уже навестил ее и наговорил чего-нибудь этакого?.. Хоть она и не обучена божественной речи Повелителя, проклятый шпион, как оказалось, успел неплохо освоить харзи. Вот будет номер, если она повторит что-нибудь от него услышанное при всем честном народе… Особенно если при этом окажется, что ее странные гости к истории с утопленником никакого отношения не имеют, а действительно какие-нибудь старые знакомые, которые пришли… ну мало ли… о будущем посоветоваться или «юное дарование» неизвестного пола в учение пристроить…

Кайден огляделся и, убедившись, что за ним никто не наблюдает, деловитой походкой занятого человека двинулся в обход дома, прислушиваясь под каждым окном.

Благо окна были открыты – летняя духота, усиленная влажностью близкого болота, заставляла распахивать их настежь, чтобы не задохнуться в помещении.

– Ай-ай-ай, – неожиданно прозвучало у него над ухом. – Такой почтенный мэтр и подслушивает под окнами, словно мелкий жулик. Стыд-то какой.

Кайден затравленно огляделся, но назойливого призрака не увидел. Впрочем, голоса было достаточно, чтобы торопливо отскочить от окна, пока на звуки этого голоса никто не выглянул, и двинуться в сторону коровника, за углом которого можно было укрыться.

– Что, теперь тебе в каждом чужаке видятся вражеские шпионы, жаждущие узнать твою постыдную тайну и предъявить тебе счет? – продолжал насмехаться невидимый призрак.

 – Ну и что бы ты стал делать, если бы это и вправду оказались мои люди?

– А это не они? – на всякий случай уточнил Кайден, хотя и не особенно надеялся услышать в ответ правду.

– Не знаю, я еще не видел, – беззаботно отозвался утопленник. – Но они в любом случае здесь появятся, вот мне и любопытно, что же ты станешь делать тогда? Ты же понимаешь, что первая твоя мысль – прикончить их, чтобы замолчали навеки, – глупа настолько, что это ясно даже тебе.

– Мне больше любопытно другое, – огрызнулся Кайден. – Почему ты преследуешь меня даже при свете дня?

– Когда хочу, тогда и преследую, а кто мне запретит? Но ты не ответил на мой вопрос. Значит ли это, что ты и сам не знаешь ответа? А? Никаких идей? Тупик? Безвыходное положение?

– Твое время – ночь. Днем ты не имеешь надо мной власти.