Распутья. Наследие Повелителя

Когда уже внизу друзья оглянулись, народу на втором ярусе прибавилось – остальные маги подтянулись и включились в обсуждение.

– Ну что? – сварливо поинтересовался Ушеб, когда Шеллар вернулся под темные и сырые своды гробницы. – Опять эти криворукие болваны придумали какую-то вздорную чушь, которая не сработала, и теперь дружно сосут пальцы и чешут задницы?

С того самого момента, когда Шеллар уяснил разницу между современным харзи и его древним вариантом и смог общаться с обитателем гробницы без переводчика, его так и подмывало спросить, изъяснялся ли мэтр сим дивным слогом во время службы при императорском дворе и если да, то как это воспринимал император.

Однако всякий раз он удерживался из вежливости.

– К сожалению, кровь моего кузена не подошла, – сообщил он. – Сейчас начали разрабатывать версию гномьей наследственности. Возможно, мой предок и мастера, создавшие и заклявшие меч, состояли в каком-то дальнем родстве и именно из-за этого все случилось.

Если так, то, возможно, удастся найти нужную комбинацию… Но если окажется, что оба фактора работают только в сочетании – то есть в моем лице объединились кровь заклинателя и кровь пользователя, – дело плохо. Такой комбинации нет больше ни в ком. Мой сын не в счет – ему всего три луны и он еще долго не сможет взять в руки меч.

– Бред! – категорично отрезал старик, поправляя на себе истлевшую хламиду. – Лучше бы ключ искали.

– Была бы возможность найти его магически – искали бы.

А в нашей ситуации, когда в мире прошло две тысячи лет и бесчисленное количество войн, последняя из которых практически уничтожила цивилизацию… как он хоть выглядел?

Ушеб кряхтя сполз с постамента и нашарил на полу тапки. Свитые из золотых нитей шлепанцы с вычурными украшениями когда-то были сандалиями и весили столько, что годились только в качестве погребальной обуви – ходить в них смог бы разве что Элмар. Столкнувшись с необходимостью как-то передвигаться по своей гробнице, к полу которой он не мог даже прикоснуться, практичный старик обломал лишние детали, максимально облегчив обувку, и теперь шаркал по месту своего заточения в золотых шлепанцах.

В сочетании с ветхой тряпкой, в которую превратилась его одежда, смотрелись они одновременно вызывающе и уморительно.

– Пошли, покажу, – ворчливо позвал он и для убедительности поманил мумифицированным пальцем.

Шеллар послушно полетел следом.