Распутья. Наследие Повелителя

Я все же надеюсь, что мы видимся не в последний раз. Было очень приятно с вами познакомиться.

– Мы обязательно еще увидимся, – пообещала девушка. – Даже если вас все-таки достанут отсюда и увезут домой. Пару месяцев назад, когда я еще носилась с мыслью повидать Жака, я придумала отличный способ совершенно легально посетить ваш мир и остаться там надолго. Не пропадать же хорошей придумке, тем более там и помимо Жака полно людей, с которыми я рада буду видеться регулярно. Вот вы, например.

Мафей так надеялся, что Шеллар спросит, а она расскажет, но кузен только чуть приподнял брови.

– А вы уверены, что… э-э-э… ваша проблема с возрастом не станет помехой вашим планам?

– Я надеюсь, рано или поздно эта проблема все-таки решится.

– В таком случае позвольте от всей души пожелать вам удачи.

Когда они уже убирали посуду на дяди-Витиной кухне, Саша запоздало пожалела:

– Зря мы сразу ушли, надо было еще дядю Витю повидать. Хоть на пару минут, поздороваться.

– А, бесполезно, – махнул рукой Мафей.

 – Когда я видел его последний раз, он пил с моим братом, значит, сейчас они уже оба не в состоянии даже здороваться. Давай я отведу тебя домой да вернусь в Поморье. Мэтр и вправду мог заметить, что меня нет.

– Хорошо, я уже все убрала. Только… давай договоримся, как ты мне будешь сигналить, если опять окажется, что ты не можешь прийти в условленное время.

– А как? Записку написать? Ты же ее не сможешь прочесть.

– А какая разница, сама записка и будет сигналом… А собственно, зачем что-то писать? Чтобы потом кто-то из моих домашних случайно на твою записку наткнулся? Пришлешь мне телепортом вместо себя что-нибудь другое.

Любое. Нейтральное.

– Например?

– Да хоть вот такой пряник. Заодно утешусь его поеданием.

– Если он тебе понравился, я тебе в следующий раз привезу пряников, – пообещал Мафей и принялся за телепорт.

Неприятное ощущение собственной бесполезности в деле спасения короля преследовало не одного Элмара. Ольга страдала от этого еще больше, потому что никакого другого стоящего дела, в котором она могла бы быть полезной, не находилось вовсе.

Более того – ей вообще старались ничего не рассказывать, чтобы оградить от вредных в ее положении волнений и переживаний, и даже правду о происходящем ей пришлось выдавливать из Диего чуть ли не силком, воспользовавшись некрасивым, но действенным методом «Ты опять что-то от меня скрываешь, а ведь обещал, что между нами больше не будет никаких тайн!».