Печать Нострадамуса. Мрачное наследие

А Мадлен бежала вслед за Калебом, указывая направление. Добравшись до ворот, они свернули в сторону и, пройдя несколько метров, наткнулись на лежащего в траве человека. Опустившись на колени, Мадлен взглянула в его лицо.

– Фабьен! Это он, – воскликнула она, проверяя дыхание. – Жив, он ещё жив!

– Солдаты скоро опомнятся, – коснувшись плеча Мадлен, произнёс Калеб.

– Нам нужно забрать его отсюда.

С трудом взвалив на себя раненого гвардейца, некромант направился обратно к саду.

– Тяжёлый-то какой, – пожаловался Калеб.

– Куда мы идём? – спросила Мадлен, понимая, что не может облегчить ношу некроманта.

– Уйдём так же, как пришли.

Уже заходя в сад, Мадлен услышала позади громкую испанскую речь. Обернувшись, девушка встретилась взглядом с разъярённым солдатом. Выйдя из дверей Лувра, он смотрел точно на неё.

– Бежим! Быстрее! – крикнула Мадлен, ускоряя шаг.

Калеб понял, что происходит, но бежать быстрее с гвардейцем на спине юноша не мог. Чтобы не попасть в лапы солдат, беглецам пришлось петлять, путая следы.

Впервые Мадлен прониклась благодарностью к тому, кто так искусно превратил королевский сад в сложный лабиринт. Несколько раз едва не столкнувшись с испанцами, фрейлина и некромант всё-таки добрались до часовни и нырнули в подземный ход.

Спустя несколько часов Мадлен вновь увидела небо. Подземный тоннель вывел беглецов к окраине Парижа. Стоя на холме, с которого открывался вид на город, девушка в ужасе поняла, что часть столицы до сих пор объята пламенем.

Огонь плясал на крышах домов, перебрасываясь с улицы на улицу. В небо поднимался чёрный дым. В эту минуту фрейлина вспомнила картинку, которую уже видела. «Париж в огне, как того и желал человек из моего видения, – с грустью подумала Мадлен. – Страшнее всего то, что я, сама того не желая, исполнила его волю». Тяжёлые размышления были прерваны голосом Калеба.

– Гвардеец совсем плох, ему нужна помощь.

– Положи его на землю, – скомандовала Мадлен.

Осмотрев Фабьена, девушка с досадой произнесла:

– Будь у меня мои настойки и травы, я бы смогла обработать ему раны и облегчить боль.

Но сейчас единственная возможность спасти его – доставить к лекарю.

– Выйдем на дорогу, вдруг встретим телегу или обоз, что подвезёт нас, – без особой надежды предложил Калеб.

Понимая, что ночью близ захваченного города шансов встретить крестьянина на телеге нет, Мадлен всё же согласилась. «Пожалуйста, пусть произойдёт чудо», – молила она.