Печать Нострадамуса. Тайна последнего предсказания

Однако, прежде чем поворачиваться к ней спиной, обождите. Селеста – девушка приятная, стоит помнить, что во Франции нет ни одной аристократической семьи, в которой не было бы своих скелетов.

Слова Луизы заставили Мадлен задуматься. «Я ведь действительно ничего не знаю ни о Селесте, ни о ком-либо при дворе. Мне нужно стать осторожной и менее доверчивой», – решила девушка.

А Луиза всё ждала от неё новых имен.

– Ну же, Мадлен, я не верю, что ты не желаешь спросить меня о ком-нибудь ещё. Не робей, скажи, кто он.

У Мадлен в запасе осталось всего одно имя.

– Сегодня утром мне довелось познакомиться с месье Ортега, – вспомнив о сплетнях, переданных Розеттой, Мадлен отчего-то покраснела.

Услышав имя испанского посла, Луиза дернула бровью, девушке показалось, что всего на мгновение взгляд королевы стал жёстче.

– Так значит, тебя интересует Алехандро, – непривычно серьёзным голосом заговорила Луиза. – Он человек умный, хитрый, скрытный, хоть и предстает в обществе под маской ложного добродушия.

Месье Ортега бесконечно мил и обходителен, льёт в уши сладкие речи, которые способны затуманить разум. Но не смей принимать их на веру. Слова дипломата – это оружие, которое он без зазрения совести ежедневно пускает в ход. Он шпион в стане врага. Думаю, ты знаешь, что нынешний мир между Францией и Испанией весьма хрупок. В любой момент может разразиться новый конфликт. В таком случае Алехандро, как того требует его испанская честь, станет нашим противником. Пользуясь своим природным обаянием, он пленяет, затягивает в свои сети, чтобы выведать нужные ему тайны. Об этом знают почти все, но, попадая под очарование месье Ортега, часто забывают об этом.

Прищуренный пронзительный взгляд королевы, словно пытавшейся влезть девушке в душу, тяготил Мадлен, и фрейлина решила сбросить с себя этот груз.

– Благодарю, ваше величество, вы дали мне ценную информацию. Надеюсь, вскоре я научусь также хорошо разбираться в людях, как вы.

Луиза усмехнулась.

– Прежде тебе придётся сотни раз обжечься. К сожалению, эта способность приходит вместе с горьким опытом. А теперь, будь добра, подай платье.

Под пристальным взглядом королевы Мадлен сняла с ширмы тяжелое платье. Луиза молча наблюдала за каждым неловким движением девушки. «Сколько же здесь складок, юбок, шнурков», – боясь запутаться в роскошных тканях, сетовала фрейлина.

Мадлен не имела ни малейшего представления о том, как следует одевать королеву.