Рассмешить богов

Секундное удивление мелькнуло на непроспавшейся, конопатой физиономии вошедшего, затем он хлопнул себя по уху, тряхнул головой и заговорил по-ортански без всяких манипуляций с прибором.

– Ага, добрый день… а который час? – поинтересовался гость, по-детски протирая глаза огромным кулаком. – И где отец… этот… как же его, вот блин… а, Жан! Где он?

– Витя, четыре уже, с хвостиком, – отчитался хозяин. – А когда ушел твой приятель в сутане, я не помню, уже спал, наверно.

– Так он ушел? – возмутился Витька, пытаясь призвать к порядку торчащие во все стороны огненно-рыжие кудри.

 – Вот свинья! А ты что, разбудить меня не мог?

– Я думал, ты тоже ушел! А если бы и нет, сам знаешь, тебя будить – себе дороже.

Король отметил про себя, что с Элмаром этот Витя нашел бы общий язык с полуслова.

– Тебе попадет от начальства? – сочувственно поинтересовался хлебосольный хозяин, имеющий свойство сбиваться в счете своих пьяных гостей и забывать их в соседних комнатах.

– Да нет, Жан прикроет, – махнул рукой Витька.

 – Если он пошел домой, а не по бабам… Пойду умоюсь…

– Твои носки на туалетном бачке! – крикнул ему вслед Гаврюша, на что из коридора ворчливо откликнулись:

– Мои носки на мне!

– А чьи же это тогда? – задумался хозяин. – Неужели священник забыл?

– Кто этот господин? – полюбопытствовал король и получил исчерпывающий ответ:

– Это Витя Кангрем, сын моего друга Криса… – Бард кивнул на групповой портрет над монитором, и король тут же выделил из разношерстной команды досточтимого предка похмельного Вити, такого же рыжего и мордастого, только выглядел предок более одухотворенно – бард все-таки.

– Он тоже… артист? – поинтересовался король и получил в ответ странное объяснение, что артист из Витюши не получился, и сейчас он работает «в какой-то греческой лавочке». Вот уж работничек кому-то достался… Что такое «греческая лавочка», король не понял, но от души посочувствовал бедному лавочнику. Такого работника, который пьет и прогуливает, не грех и выгнать…

Выяснить подробнее, что собой представляет эта самая лавочка, король не успел.

Процедура умывания у Витьки протекала столь стремительно, что в тот момент, когда его величество задал свой вопрос, «неполучившийся» бард уже стоял в дверях с бутылкой пива.

– А это еще кто? – произнес он, уставившись на короля, и тот понял, что вопросы закончились. И возможно, предстоит серия неприятных ответов.