Чужие Люди

Отец всё равно в отъезде, ты гулять уйдёшь! Чего я буду сидеть одна в четырёх стенах?

– Ладно, – он поцеловал маму в щёку, – побегу, ребята ждут.

Открыл дверь и, на бегу прощаясь, заторопился вниз по ступенькам.

– А зонт? – прокричала вдогонку мама, высовываясь на лестничную клетку.

– Не сахарный, не растаю! – донеслось до неё.

Выбежал на улицу и чуть не сшиб входящего в подъезд мужчину. Извинился, оборачиваясь, но мужчина не принял извинений или, может, не расслышал, молча скрывшись за входной дверью.

***

– Макс, проснись! – друг тряс его за плечо. – Папка твой звонил, говорит, срочно домой нужно.

– Гоша, ты ещё бухой? – Макс недовольно поднялся на кровати.

Голова слегка гудела. Рядом сладко сопела вчерашняя подружка.

– Батя в командировке, за тридевять земель, как он может звонить?

– Я знаю? – развёл руками Гоша. – Но это точно был твой отец.

– Ладно, встаю. – Откинул одеяло, поднимаясь.

На подходе к дому он увидел несколько машин полиции и скорую. Людей было мало, ранее утро.

Все шептались, переглядываясь. Макс миновал столпотворение и не обратил внимания, что при его приближении разговоры стихли. Мало ли что у людей в голове. Наверняка бабушка-соседка умерла. Одинокая женщина, с трудом передвигалась, частенько падала и звала на помощь. Двери она никогда не запирала. Возможно, в этот раз всё кончилось плохо. Но зачем тогда вызвали отца? Перепрыгивая через ступеньку, быстро поднялся на четвёртый этаж. Двери в квартиру бабушки были закрыты, а вот соседняя дверь, дверь в их квартиру, оказалась открыта. В прихожей толпились люди в форме. Макс выронил зажатые в руке ключи, и они со звоном шлёпнулись на пол.

– Куда? – грозно сдвинул брови один из полицейских.

– Я здесь живу, – произнёс Макс.

– Документы с собой?

– Я здесь живу! Это моя квартира! Я Озеров Максим! – сказал он. Хотел громко, но получилось как-то сдавленно и тихо.

На шум из комнаты вышел отец. Он был мрачным, глаза красные.

– Папа, что происходит? Почему тут полиция?

– Пропустить, – произнёс Озеров-старший, обращаясь к коллегам.

Когда Макс подошёл к нему, крепко обнял сына.

– Маму убили. – сказал он.

В голове словно взорвался фейрверк. Макс рванулся, отец ещё крепче сжал его. Уши заложило. Время перестало бежать и замерло. У одного из сотрудников выпала из рук ручка, и сквозь подступившие слёзы Макс смотрел, как она падает на пол, словно при замедленной съёмке, ударяясь то одним концом, то другим.

– Где? – прошептал он.