Любой каприз за ваше сердце

Прямо перед нашей дверью, от которой тянулась злосчастная река, столпились соседи, лица которых не предвещали ничего хорошего. Дыхание срывалось. В груди похолодело в ожидании большой беды.

– Безобразие! Форменное безобразие! – верещала Маргарита Степановна, тряся своей седой головой, – Кто заплатит мне за ремонт?! А я ведь год назад только новые потолки натянула, обойчики поклеила!!!

– Успокойтесь, – хлопал ее по плечу наш миролюбивый сосед сбоку, похожий на богомола, кажется, Николай Иванович, – Поберегите нервы.

А вот и Кристина! Сейчас она во всем разберется.

– Извините, – я протискивалась через толпу, судорожно выуживая из недр сумки ключи, а затем заталкивая их в замочную скважину.

Стоило только мне раскрыть дверь, как ужас от увиденного накрыл меня с головой. По коридору нашей съемной однушки плавали размокшие коробки из-под обуви, пакеты и какие-то бутылки. И тут же в легкие ворвался запах. Слишком хорошо знакомый запах. В горле запершило, к глазам подступили слезы.

Чьи-то руки оттолкнули меня с прохода.

Это Николай Иванович двинулся в сторону туалета, видимо, для того чтобы перекрыть воду. И мне бы стоило последовать за ним, но ноги отказывались слушаться. Все внутренности мгновенно сковало страхом. Я боялась увидеть человека, виновного в этом потопе. Скорее всего, он все еще спал. И даже шум от десятка голосов, ругательства не смогли его разбудить. А это в сочетании с висящим в квартире запахом могло означать только одно. Мой любимый взялся за старое.

– Ты чего там застыла? – до меня сквозь шум в ушах донеслись слова соседа, – Я говорю, трубу тут общую прорвало, я пойду пока воду перекрою.

Но сантехника звать все ж надо.

– Коль, посмотри электрику! – завопила Маргарита Степановна, – Жжеными тряпками воняет! Этак они меня еще и сожгут! А сначала показалось, приличные лю-юди.

Нужно собраться! Никто не должен видеть его в таком состоянии. Никто, кроме меня.

– Спасибо вам за помощь и еще раз извините, – эти слова дались мне с большим трудом, – Я к вам позже зайду, Маргарита Степановна.

Мои руки захлопнули дверь. Да, теперь я в глазах соседей хамка и нахалка. Но, если честно, мне до местных сплетен не было никакого дела.

На ватных ногах, шлепая по воде босоножками, я преодолела коридор. Сердце отплясывало бешеные ритмы, к горлу подкатывало, нос заложило от едкого ненавистного запаха. Ждать больше не было смысла. Все равно уже ничего не изменить.

Дверь в комнату открылась с тихим скрипом, и я сделала шаг вперед.