Фальшивая невеста

Короткий знак короля, и глашатай дает разрешение начать обед.

Эдмунду есть не хотелось. Ему хотелось пить. И что–нибудь покрепче, чем разбавленное вино, которое разносили слуги.

Снова заиграла легкая музыка.

– Вы так невеселы, ваше высочество, словно все здесь собрались к похоронам, а не грядущей свадьбе, – прошелестел Сигурд, стараясь не привлекать внимания короля. – Взгляните, какой цветник! Как вам рыженькая? Кажется, это младшая дочь лорда Керлига, леди Лейла. Едва достигла совершеннолетия. Прелестна, как рассвет!

Эдмунд наградил друга тяжелым мрачным взглядом, и Сиг умолк.

Принц был не в духе больше обычного и сейчас пугал даже привычного к мрачности наследника престола Сигурда. Сын первого советника понимал причины, чувствовал его боль, отчаяние, неверие и даже искренне надеялся, что в этот раз все будет куда лучше, чем в предыдущие шесть. Ведь кому как не ему знать, какую боль ежедневно испытывает его высочество.

Постепенно обстановка за столом становилась не такой напряженной.

Порой можно было услышать не только жеманные вежливые фразы, но и тихий мелодичный девичий смех.

– А там сейчас будет драка! Кажется, любовь моей жизни сейчас подерется с дамой в красном.

А вот это уже что–то новое. Эд нашел упомянутую даму в красном, и взгляд мгновенно переметнулся на вторую девушку. Боги, откуда любовь к такому количеству краски? Лица рассмотреть невозможно! Но все же что–то в этой девушке приковывало внимание. Может, горящий взгляд, с которым она отвечала на шипение леди Милены.

Может, осанка и манера держаться. А может, сила, которая скорее угадывалась в хрупком теле юной леди.

– Ты не знаешь, кто это? – нахмурившись, спросил Эд.

– Леди Оливия де Торренс. Племянница лорда Торренса, градоправителя нашей прекрасной столицы. Их семья несколько лет тому лишилась кормильца: отец скоропостижно скончался. А дядя, похоже, особой любви к семейству брата не питает. И вот… Две дочери, маленький сын. Неудивительно, что она оказалась здесь! – Сиг улыбнулся, не сводя взгляда с невесты его высочества.

 – Она украла мое сердце.

– Интересно, сколько у тебя сердец, если каждый раз по одному воруют точно! – проворчал Эдмунд.

Леди Милена снова что–то прошипела, заметно задев Оливию, и та, положив в тарелку приборы и промокнув уголки губ салфеткой, нарочито медленно повернулась к соседке и, очаровательно улыбнувшись, отрезала довольно громко:

– Вы слишком много внимания уделили мне, что мне несказанно льстит.