Квантовиты. Книга 1. Соммелис

Даже если предположить, что скала лишь иллюзорный барьер, то тот странный аппарат уж точно должен быть материальным – но все, кто исследовал ту область, заявили, что ничего там нет. Немного тонкой травы и рыхлая почва – вот и все, что было на севере. Такая почти пустынная земля простиралась на многие километры, и лишь потом начинались заросли лианкии. Мизуки могла сколько угодно верить в то, что там находится скала. В ее собственной реальности – возможно. Но не в той, в которой жили все остальные.

– Уже поздно, – Селия покосилась на часы.

 – Думаю, тебе нужно немного поспать. Утром мы с тобой поговорим еще раз.

– Вы мне не поверили, – устало заключила Мизуки.

– Я верю, что ты это видела. По-моему, для начала достаточно и этого.

После этих слов Селия вышла из палаты. Женщина прошла немного по коридору и остановилась, устало привалившись к стене. Разумеется, она ни в коем случае не полагала, что увиденное Мизуки хоть частично правда. К утру девушка наверняка успокоится. Нет смысла ее держать здесь.

Главное – постепенно убедить ее отказаться от соммелиса. Очевидно, что в этом конкретном случае растение приносит скорее вред, чем пользу.

Из одной из палат неожиданно донеслось пение, и Селия вздрогнула. Кто-то из пациентов не спит. Ничего необычного. В коридоре дежурил санитар, и женщина быстро шепнула ему:

– Дайте немного соммелиса этому певцу…

Санитар кивнул, и она пошла дальше. В этой больнице редко когда сохранялась тишина. Изо всех углов были слышны различные звуки, и это странным образом успокаивало.

Но сейчас Селия не была спокойна. Воображение рисовало внутренний зал «скалы», и женщина пыталась найти скрытый смысл в таком образе. И плюс к этому, что-то ее тревожило. Это невозможно было объяснить, но чем больше она думала о скале, тем больше казалось, что она где-то близко.

После того, как Мизуки забрали, Рави еще долго стоял у границы, сверля глазами скалу. Его нейроресивер без конца еле ощутимо вибрировал, но парень не отвечал на звонки.

Странная штуковина завораживала его, казалось, он мог смотреть на нее часами.

Но вскоре на планету опустилась ночь. Небо потемнело, зажглись фонари, основная масса населения разошлась по домам. Время шло, но образ скалы никуда не пропадал. Какое-то время Рави продолжал наблюдать за ней и за тем, как санитары, сменившие предыдущую группу, ворчали насчет того, что им приходится стоять на таком холоде.

И тут скала начала блекнуть.