Хранительница. Обретение мира людей

– Разве это имело смысл, – искренне удивилась Ина, скользнув взглядом по мощной фигуре короля.

– Ты истинная дочь своей матери, – засмеялся Аттал, останавливаясь, оглядывая Ину с ног до головы, как некую диковинку, – именно так мне ответила твоя мать.-

– Он ведь был просто человек, хоть и посланник звездных богов, – Ина недоуменно пожала плечами и, не дожидаясь Аттала, шагнула на следующую ступеньку, – а обратиться к звездным богам с уверенностью, что твои слова и мысли будут услышаны, можно в любом месте, лишь бы это было искреннее желание твоей души.

-

– А разве тебе самой не было бы приятно, что твоего отца помнят и чтут, – догнал ее Аттал, чуть повернув лицо, и в его глазах светилось такое читаемое ожидание ее ответа, словно сегодняшняя встреча явила для короля возможность получить окончательный ответ на какой-то серьезно терзающий его вопрос.

Ина резко подняла голову, оглядывая гладь приближающейся Срединной реки: – само существование Гармоничного мира, такого, каков он есть, лучшая память о нем, а почитание – это есть продолжение этого существования, – твердо закончила она.

– Что ж, юная Хранительница, ты преподала мне еще один урок, – голос короля Аттала был задумчив, но тверд. Остаток пути они прошли в полном молчании, и Ина почему-то была уверена. Король услышал и узнал всё, что хотел, и это не удивило его.

Небольшой симпатичный, впрочем, как любое строение в Гармоничном мире павильон с ажурной стремящейся вверх пирамидкой крышей, держался на сваях уходящих прямо в воду Срединной реки.

– Проходи, отдохни в тени, Хранительница. – Аттал широким жестом гостеприимного хозяина указывает на павильон. По узкому мосту с такими изящными металлическими перилами, что, кажется, тут-же сломаются, если кто-то решится опереться на них, они проходят над сероватыми водами реки, ступая на выложенный искусным узором каменный пол павильона. Павильон пуст. Аттал проходит в центр и садится за накрытым для приближающегося по времени обеда, столом, призывая Ину жестом сделать то же самое.

Ина с удовольствием устроилась в удобном плетеном кресле. Легкий ветер колышет белые полотнища стен из нежнейшей полупрозрачной материи. Прохладой и негой веет от реки и совсем не хочется куда-то спешить, заниматься серьезными вещами. Другой берег так далек, что растущие на нем пальмы кажутся миражом, вызванным дрожащим, текущим в усиливающимся зное воздухом.