Я спрячу тебя от полной луны

Тонкая полоска черных усиков, надо полагать, сексуально изгибалась над ожидающим ртом, и такой знакомый Ирине гангстерский взгляд пожирал Дину, которая не менее откровенно и так чувственно заглядывала в его глаза.

Ирина, все-таки не выдержав, улыбнулась, убирая стакан с соком в сторону.

– Что тебя так развеселило, – неожиданно нарисовавшийся Стас уверенно расположился рядом на стуле. Да, отметила Ирина, еще один вполне трезвый коллега. Он направил свой взгляд туда, куда только, что смотрела Ирина.

– Прочитала статью, – между прочим, полюбопытствовал он.

– Какую, – удивилась сначала Ирина, – ах да, – правда, тут же вспомнила она про оставленный Стасом журнал на ресепшене.

– Нет, статью не читала, но наслышана вполне, очередная блажь скучающих от безделья пресыщенных индивидуумов.-

Она исподволь бросила взгляд на Стаса. Тот уже явно заинтересованно наблюдал за сценой на диване, машинально откусывая кусочки банана.

Ирина не выдержала.

– Стас, ты так спокойно наблюдаешь.-

– Она хочет его, почему-бы не сделать ей подарок, он, я уверен, не откажется, с его принципом трахай все, что движется. Даже можно совершить равноценный обмен.-

– Ты говоришь об Элеоноре, кстати, она скоро появится и Ренату придется умерить свой пыл.-

– Ты с ума сошла, – Стас посмотрел на нее, и Ирина увидела, как на его лице проявилась гримаса брезгливости, – мне с этой сукой здороваться противно.-

– Тогда я тебя не понимаю.

– Я говорю о равноценном, – четко произнес он, откровенно разглядывая Ирину.

Ирина молча, не отвечая на его откровение, поднялась со стула.

– Отдыхай, Стас, – лишь бросила она, не удосужившись даже глянуть на его реакцию.

«Блин, – лишь пронеслось в голове, – как мне все это достало. Да перетрахайтесь вы хоть всем офисом, только меня не трогайте.»

Ирина решительно направилась на небольшую кухоньку в конце коридора за большой комнатой отдыха. Горы грязной посуды, незаметно унесенные Надюшкой, заполнили весь маленький столик около крана, где она усердно перерабатывала издержки корпоративных загулов.

– Надюшка, – громко воскликнула решительно настроенная Ирина в спину напевающей что-то себе под нос уборщице. Звонко звякнула тарелка, выроненная вздрогнувшей, застигнутой врасплох, явно не ожидающей чьего-либо появления, Надюшкой.

– Ой, Ирин, напугала до смерти, – произнесла она, выключая воду.