Крылья, или Миром правят безумцы

Тебе скажут: «Посмотри, вот идеальная картина с идеально подобранными цветовыми гаммами. Это – эталон. Запомни об этом». Мозг может запомнить этот навязанный эталон, идеал. Но душа, находящаяся внутри тебя, может не принять его, старательно отторгать. Так как этот идеал навязан кем-то извне, по его желанию и усмотрению. По его воле или власти. Скорее всего, ни идеалов, ни эталонов не существует. Все это – искусственное насаждение. Но люди постоянно делают вид, что разбираются в эталонах. Люди любят важничать и производить впечатление.

Им нравится производить впечатление или шокировать. Они обычно не верят чужим суждениям, но, не имея своих четких мнений или сомневаясь в себе, все же используют чужие догмы, навязанные извне. Также люди противоречат сами себе, так как часто меняют свои точки зрения, подстраиваясь под более выгодную ситуацию.

Сегодня утром, Лу сказала сотруднице 132, что Центр стал напоминать тюрьму.

– Вы когда-то были в тюрьме? – поинтересовалась 132-я.

– Это не важно.

– Важно.

Как можно рассуждать о том, чего вы не знаете?

– Я прежде читала о тюрьмах. И видела в кино, —ответила Лу.

– Ну у вас и ассоциации! – фыркнула 132-я. —Все, кто здесь находятся, сравнивают наш Центр с санаторием, с домом отдыха. Вы живете на всем готовом! Вас осматривают, следят за вашим здоровьем. Вас тут даже бесплатно обслуживают! И от вас просят только одно: рассказать все, что вы помните.

– Да-да. Точно. Вы совершенно правы, —Лу улыбнулась и резко изменила тон. – Спасибо, 132-я, вы мне так помогли.

– Чем я помогла?

– Напомнили про санатории. Я совсем забыла про них. Начисто. И все перепутала.

– Рада помочь.

И 132-я неожиданно расслабилась и затараторила, что она рада помочь любому пациенту Центра. Лу делала ей комплименты. 132-я была в восторге от этого, совсем забыв о субординации, которую она обязана соблюдать согласно контракту.

– А что с тем мужчиной? —по-дружески спросила Лу, —почему он пытался убежать из Центра?

– Он вспомнил одну запрещенную вещь… —сказала 132-я и резко осеклась.

До нее дошло, что она вдруг перешла черту.

– Что он вспомнил? Что здесь нельзя вспоминать? – Лу преградила 132-ой путь.

– Отойди! – голос 132-ой снова стал жестко-бесцветным, как у робота.

– Что с ним сделают за воспоминания?

– Отойдите от двери!

– Или – что?!

Лу ощутила адскую боль и вырубилась. 132-я ударила ее шокером, затем уложила в кровать и пристегнула наручниками.

– Не хочешь жить в санатории – живи в тюрьме.