Чайки и абьюзер

Все как у всех. Но я не знаю, как мне резко стать сильной. Типа выкинуть и забыть. Я зациклилась на человеке, который об меня реально ноги вытирает. И я боюсь его… и по-прежнему чувствую его власть надо мной. Понимаете?

–Еще как.

–У других людей настоящее горе – болезни, смерть. И они держатся, не раскисают, двигаются дальше, борются за жизнь. А я… я сама себе противна. Кто меня такую будет любить?

–Ты сейчас тоже болеешь, Аня. В тебя выстрелили не одним выстрелом. А целой автоматной очередью. Изрешетили всю.

С чего тебе быть сильной?

–Андрей всегда говорил, что во мне мало оптимизма. Что мне нужно чаще улыбаться и легче смотреть на проблемы. И постоянно думать о хорошем. Конечно, я думала о хорошем. Но не по всякому поводу. И я не робот. Иногда накатывала грусть и всякое такое. Иногда я утром просыпалась и говорила, что мне страшно. Его это так бесило. У него в компе тысячи фоток этой Дины. И она там все время улыбается. И корчит рожицы. Возможно, ему нужна такая женщина…

–Тогда пусть убирается к ней! Скажет честно – полюбил другую и катится.

Почему он так не сделал? Почему издевается над тобой? И с какого хрена ты должна постоянно излучать радость? Лично меня от этой навязанной доктрины «жить в вечном позитиве» уже давно тошнит. А если я от природы лирик или зануда? Это что, грех какой-то? Мы не должны хамить и делать больно. А вот улыбаться с утра до вечера точно не обязаны. Мы не обязаны излучать оптимизм и веселье в плохой компании, где и поговорить-то не о чем.

–Конечно, вы правы…

–Конечно, права! Скажи, Ань, ты веришь, что у него съемки до ночи?

Аня посмотрела на Маргариту, но ничего не ответила.

–Я не верю. Думаю, он тебе специально это сказал. И умышленно добавил тебе чувства вины. Чтобы ты ни о чем не спрашивала, когда он ночью прискачет.

–Думаете, он будет с ней? – Аня ощутила невыносимое пекло в груди.

–Допускаю. И очень бы хотела это проверить.

–Зачем?

–Если я права – тебе будет легче расстаться. Именно расстаться – не разлюбить.

У вас была длительная совместная жизнь. Вы навсегда останетесь в памяти друг друга. Это так. А если я ошибаюсь, у тебя будет время для принятия решения. Ведь я могу ошибаться. Вдруг он действительно с ней порвал?

Аня почувствовала, как пересохло во рту, залпом выпила остывший чай из кружки.

–Да, и еще. Завтра мой друг, Виктор Георгиевич, выдаст нам всю подноготную на Дину. Если плюс к этому мы проследим за Андреем, то у нас будет полный комплект информации.