Три тысячи километров до счастья

– Господи, наставь меня на путь истинный!

Закрыла ноутбук и пошла в спальню. Муж уже спал. Завтра он будет здесь… Послезавтра встреча…

Часть 2.

Он летел в никуда. Сексапильная, экзальтированная, всёсебепозволяющая в интернет-сообществе особа поглотила его полностью. Он должен увидеть её! Разглядеть! Победить! Откинувшись на спинку кресла, закрыл глаза и продолжил вести непрерывный диалог с собой: “А вдруг она не придет к фонтану?! С неё станется. Сколько раз он с надеждой вглядывался в верхний угол монитора, желая увидеть там надпись (1 сообщение).

Но тщетно. На его посылки ответов не было. И только около полуночи приходило короткое: “Я спать, до завтра. Целую. Пока”.

Впервые он увидел её на фотографии, сделанной на катке. Слегка раскинув руки, она “наезжала” на фотографа. Улыбка до ушей. Глаза – искры! Он сразу дал ей имя – Обезьянка. Яна не обижалась, вроде бы даже ей нравилось, и ему казалось, что она улыбается, читая: “Обезьянка моя хорошая”…

Сейчас, терзаемый сомнениями, он с быстротой, на которую был способен Аэробус А 320, сокращал расстояние до своей цели, намеченной ещё в мае, когда, придав признанию шутливый тон, он написал: “Ты знаешь, я кажется влюбился в тебя…”

Будучи профессиональным военным, он не был избалован женщинами.

Частые и длительные командировки туда, “куда Макар телят не гонял” лишили его этого удовольствия. Мужское напряжение он сбрасывал, общаясь с дамами на ходу: в дежурках медсанчастей, подсобках военторгов, просто на природе вблизи палаток, где жили офицеры.

И вот теперь он летел к той, с которой не мог вот так, походя, в скоростном режиме, быть партнёром на час. Он хотел говорить с ней, говорить долго, пока хватит слов, а потом ласкать, сколько хватит сил, гладить руками, телом, нежить глазами, и всё время шептать: люблю тебя, люблю, Обезьянка! А вдруг она не придет?! Просто не придёт и всё! Или скажет при встрече – у меня 15-20 минут… Нет! Он уговорит её! Уболтает!! Не отпустит!!! Хотя бы три часа побыть рядышком!

Незаметно для себя он впал в дрёму, но слышал, как стюардессы покатили тележку с напитками и едой, как переговаривались впереди сидящие пассажиры, обсуждая планы предстоящего отпуска.

И вдруг он увидел Яну. Она стояла спиной к нему, а потом развернулась и села на подоконник. “Я ревную тебя ко всем креслам, на которые садится твоя восхитительная попа,” – сказал он.