Ведана. Проклятый дар

В натренированном на статистических формулах мозгу запрыгали числа, выстраиваясь  в таблицу вероятности снов с будущими покойниками при количестве знакомств в том или ином случае. Понимая всю бессмысленность этих расчетов, я закрыла окно – простуда не поможет принять верное решение. Сейчас нужно было согреться и немного отвлечься, а с этим помогут горячий душ и несколько спиральных радиальных диаграмм.

Я прикоснулась к несомненно древней стене и осмотрелась. Круглая комната диаметром примерно восемь метров вопреки всем доводам рассудка освещалась неестественным сиянием, исходящим от шероховатой, местами раскрошившейся кирпичной поверхности.

Почему-то меня не удивило отсутствие и намека на окна или дверь. Мягкий зеленоватый свет охватывал все помещение, оставляя в кромешной тьме только небольшой участок в центре. Именно оттуда исходило пульсирующее ощущение ужаса, от которого все волосы на теле вставали дыбом и мелко дрожали руки. Внутри засело чувство безысходности. Я знала, что должна подойти и увидеть скрытое темнотой.

Первый шаг дался с мучительным трудом, онемевшие от страха ноги не желали шевелиться. В босые ступни иголочками впились мелкие камушки и крошки кирпича. Неожиданно боль помогла взять себя в руки, и дальше я пошла уже смелее.

Казалось, чем ближе я подходила, тем ярче становилось сияние от стен. Сквозь отступающую тьму проступили очертания большого камня наподобие алтаря. Его основание было обвито слоями странной веревки.

Я уставилась на нее не в силах поднять взгляд выше. Понадобилась целая томительно медленная минута, чтобы вернуть самообладание.

Глубокий вдох. Я должна это увидеть. Несколько последних витков веревки отчетливо отличались от грязных предыдущих. Даже в потемках я узнала причудливую косу из волос – золотистых и черных. Меня всю затрясло от ужаса. До сих пор гнала от себя воспоминания о том самом первом сне. Казалось, я снова превратилась в испуганную маленькую девочку.

Конец «веревки» был привязан к тоненькому запястью.

Я зажмурилась прежде, чем охватить всю картину целиком. Хотелось малодушно продлить  момент неведения. Позволив себе простоять так несколько секунд, резко открыла глаза.

Безволосая головка. Безжизненный взгляд. На предплечье почти забытый рисунок, который был вырезан на руке Маруси много лет назад. На черном камне сломанной куклой лежала Крис.

Казалось сердце готово разорвать грудную клетку.