Хутор

Человеком он казался хорошим, имел работу и был местным. Парень красиво ухаживал за мной, и мы начали встречаться.

Аграфена слушала и изредка кивала. Сильва развернулась к Ольге, поставила локоть на край стола и, подперев свой широкий подбородок рукой, не скрывая интереса к рассказу, внимательно смотрела на девушку.

– Со временем у нас наладились настоящие отношения, и он решил познакомить меня с родителями. Люди они оказались очень образованные и зажиточные, а когда узнали, что я приезжая и чуть старше их сына, то мама этого парня меня сразу сильно невзлюбила.

Внешне она мне это не показывала и вела себя культурно, но я чувствовала ее отношение ко мне. Прошло полгода, мы с моим парнем решили постоянно жить вместе. Его родители подарили нам квартиру и мне казалось, что жизнь налаживается, и все будет хорошо, – вдруг лицо девушки стало грустным и по ее щеке потекла слеза.

– Так, все, хватит, – резко сказала Аграфена, – ты лучше картошечку доедай и будем пить с тобой чаек.

Девушка шмыгнула носом, смахнула рукой слезинку, чуть успокоилась и, пытаясь улыбнуться, отвечала:

– Спасибо, но я уже наелась. Борщ и второе, это все очень вкусно. А от чая не откажусь.

– Это Сильве спасибо, она готовила и кормила нас сегодня, – встав со своего места, говорила Граня, убирая тарелки со стола и расставляя чашки.

Пока наливался чай и раскладывались пирожки, Сильва сидела абсолютно молча и о чем-то думала. А когда ее мама и Оля стали пить чай, долила сама себе в чашку и произнесла:

– А мне было интересно.

Он тебя бросил или ты его?

– Сильва! – оборвала слова дочери Аграфена, – это тебе не из твоих сериалов история. Успокойся и отстань от девушки.

К этому моменту Ольга уже успокоилась от горячего напитка. Она взглянула на Сильву, которая очень внимательно смотрела на нее, улыбнулась и начала говорить:

– Было все не так. К тому моменту все шло к свадьбе, а жених работал на фирме своего отца и часто уезжал в командировки.

В последней поездке он попал в аварию и разбился в автомобильной катастрофе, – опять возникла пауза, но в этот раз Ольга не заплакала и, отпив чай из большой кружки, продолжала, – когда прошел траур после похорон, ровно через сорок дней его родители просто выгнали меня из квартиры с одним чемоданом моих вещей. Я опять оказалась на улице и практически без денег, так как уже не работала в магазине по настоянию моего парня. Выхода у меня уже не было.