Давай перевернём Вселенную

Очнуться от мыслей заставила резь в кулаках – чересчур сильно сжал челнок, рёбра прибора впились в ладонь. Когда успел его вынуть? И зачем?

Новостная лента фонтанировала блогерскими теориями насчёт того, как умер сын главного веятеля: одни сомневались, что парень решил пробраться в инопланетный корабль, скорее его туда затащили; другие вообще отрицали «галлифрейскую дичь» и подозревали глубинную мафию. В комментариях народ спорил, рассыпая обвинения Совету и главе ваятелей, и множил мемы с зубастой звездой, пожирающей мальчика.

Отвечать на тонны пришедших сообщений Тиралик не стал, молча просматривал форумы. Спросил:

– Почему до сих пор есть связь?

– Мы ещё в системе Лампаданоса, – отозвался вслух Доктор. – А у тебя усиленный автономный передатчик, не завязанный на вышки, так?

– Да, – пожал плечами Тиралик, – поставил себе, когда летали на Дикий Континент, к арахнойцам.

С Тиной летали. Долго ли она будет горевать по отцу? Ничего, подружки успокоят, а там и жениха выберет.

На внуков?!

Тиралик усмехнулся сам себе: если он не сможет выжить – ни у кого внуков не появится. Разве Повелители Времени ещё какого-нибудь простачка с планеты выдернут…

Доктор резко повернулся к нему, поднял бровь:

– Кроме тебя в Палатах есть у «какого-нибудь простачка» дар управлять сразу девятью нитями?

– Не слышал о таком, – ответил Тиралик, подозревая, что его мысли опять прочли.

Галлифреец наморщил лоб, словно прикидывая. И выдал, снова берясь за переключатели:

– Две – мало.

– У вас на экране Лампаданос, «Янусия»? Мы летим туда?

– Мы наблюдаем.

Тиралик взглянул на свои пальцы: вот начнут они распадаться искрами – и что делать? Какое именно волевое усилие нужно приложить? По привычке стал сплетать розу, но ни одной нити не показалось из челнока.

Никогда раньше он не чувствовал себя таким бессильным. Помочь изменить Вселенную? Это шутка, да?

***

Кларе не хотелось смотреть на иллинойца, но и не наблюдать украдкой она не могла. Тиралик держался со спокойным достоинством, словно не ему через пару минут превращаться в изжёванный кусок мяса.