Давай перевернём Вселенную

 – Твои бета-частицы стабилизировало поле ТАРДИС, ты не должен исчезать! Давай, не раскисай, тебе же всех нужно спасти, думай об этом!.. Аргх, Аника, плохая идея взять его с собой, нельзя никого заставить существовать против воли. Посмотри: просто не хочет жить, понимая, что остальные погибли. Иллинойцы, хлипкое личностное сознание.

Тиралик согнулся из-за рези в животе, заливая синим пол. Накрывало непомерное горе, каждую мышцу крутило и выворачивало. Доктор предполагал, что можно это как-то остановить…

Только нет, не остановить.

А на сетчатке намертво отпечаталась «конская голова», её последний точный плевок. Тина, Наткинсон, Гапониус-да, Навудон-шу, все ваятели, кормители – контакты стёрлись, будто не было, форумы замолчали, наросеть глуха. Словно отказали разом зрение, слух, осязание, и остался только горький вкус крови.

Они умирают, мертвы, каждый из них, больше никого.

Уйти за своими. По огненной дороге – к богам. Её полотно уже ложится под ноги, и знакомые оборачиваются, машут приветливо: давай с нами.

Надо выкарабкаться, чтобы вернуть Палаты, надо собраться…

Но чернота космоса сдавила со всех сторон, ворвалась в душу. «Один» и «ничто» – то же самое, пренебрежимо малая соринка на великой тёмной глади Вселенной. И соринка эта исходила болью – не лучше ли ей сгореть, не страдать, не осознавать и не помнить?!

– Ты обещал жить, – грянул властный голос.

Во тьме сияла белым фигура Повелителя Времени, он протягивал ладонь.

Тиралик не мог разлепить губы, чтобы ответить: «Это ты. Ты убил их. Специально подстроил внезапную вспышку, поломку системы, не предупредил заранее – а мог. Мог… Но вместо этого затащил меня на корабль… Зачем вам понадобился последний из погибшей расы – для музея? Поизмываться?»

Доктор потряс рукой:

– Хватайся давай, истаешь же сейчас! В этой Вселенной нет места для твоего народа – но мы изменим её, и Палаты снова появятся. Только ничего не выйдет, если будешь ныть.

Синий удушающий колодец заглатывал, смыкался сверху. Тиралик всем существом потянулся к свечению…

Он сидел на ячеистом полу, обхватив колени, абсолютно нагой, и трясся от холода. Живот нестерпимо кололо: оказалось, это врезался в плоть челнок – тёмный, глухой, бесполезный. Инопланетянки стояли рядом, внимательно разглядывая.

– Странное расположение мышц. Что за коричневые пятна вдоль позвоночника? – спросила младшая.