Глаз Паука

Стараясь ничем не выдать своего страха, он распустил завязки на принесенном с собою холщовом мешке, и на стол перед хозяином дома легла книга – толстый фолиант в обложке черной кожи, украшенной бляшками синего лазурита.

Сочинение с совершенно непроизносимым названием «Психургическая некромантия и обрядовая символика» явилось на свет лет двести назад из-под пера стигийского колдуна Аззорета. Как уверял друзей Хисс, это был подлинный раритет. Некоторые из охотников за редкими книгами не только прозакладывали бы душу, но охотно принесли в жертву своего первенца – только бы заполучить том в руки.

Змеиный Язык расстался с «Некромантией и символикой» скрепя сердце, поскольку из четырех похищенных рукописей она была наименее ценной, а интерес к просителям требовалось подогреть еще чем-нибудь, помимо трех страниц дневника Рюцциля.

– Это, скажем так, аванс, – сказал Ши, кивая на книгу. – Прочее, а именно дневник Людоеда, получите по завершении работы. А если ваша магичность решит покормить нашей бренной плотью свою птичку, то спустя седмицу сами будете ворон кормить – месьор Рекифес некромантов не жалует, одним изгнанием не отделаетесь…

Разумеется, колдун заинтересовался.

Еще как заинтересовался. Сказать, что при виде книги Рилеранс переменился в лице, было бы слишком мягко – какое-то время казалось, что магика прямо на месте хватит удар. Рилеранс налился темной кровью, судорожно глотнул воздуха, затем побледнел, и из горла его вырвался сип:

– Откуда?.

.

– Н-ну… это долгая история, – скромно пожал плечами Ши, изобразив очаровательную улыбку, – я не смею утомлять вашу магичность ее пересказом…

Воришка остался несказанно доволен произведенным впечатлением. Впрочем, с первым потрясением маг справился довольно легко. Быстрым движением он подтянул «Психургическую некромантию» к себе, переворошил хрусткие страницы, убедившись в подлинности фолианта, и из-под бровей метнул в визитеров злобный взгляд, не сулящий ничего хорошего.

Лицо его приобрело обычный оттенок, а голос зазвучал зловеще ровно:

– Впервые вижу безумцев, которые столь настойчиво ищут смерти. Где остальное?

– Понятия не имею, – с видом оскорбленной невинности Ши возвел глаза к потолку. – Откуда мне знать, почтеннейший…

И тут терпение Рилеранса лопнуло. Его большие ладони с узловатыми пальцами взметнулись над столом, изобразив некий сложный знак.