Глаз Паука

У Ши достало благоразумия не вступать с колдуном в пререкания.

А тот, продолжая ворчать себе под нос, развернулся вовсю, беспощадно шпыняя своих подручных. Последние споро извлекли из паланкина небольшую переносную жаровню на гнутых ножках, весьма старую и ценную на вид, и начинили ее угольками вперемешку с какими-то травами, отчего над двором поплыл кисловатый аромат. После чего Рилеранс расставил телохранителей кругом двора, дабы зверовидные громилы гоняли некстати случившихся зевак, а сам, несколько раз обойдя двор по кругу, распорядился установить жаровню в определенном месте – примерно шагах в пяти от уцелевшего крыльца «Норы», перед пересохшим фонтаном с цаплей – и встал рядом, торжественно и плавно помавая ладонями над самым огнем.

Какое-то время ничего не происходило. Ши сыскал себе местечко подальше от колдуна с его вонючей жаровней и теперь, сгорая от нетерпения, наблюдал за рилерансовой работой. Потрескивали угольки вокруг жаровни, бубнил заклинания маг, тянулись вверх еле различимые в ярком солнечном свете тонкие ленточки дыма.

С каждым ударом сердца дымные полосы становились все гуще, приобретая отчетливый голубовато-сизый оттенок и уже не устремляясь к небу, но завиваясь вокруг подола одеяния Рилеранса Кофийского. (Перед отъездом маг успел переодеться и щеголял теперь не в прежней ало-золотой роскоши, но в обычном туранском халате в желтую и зеленую полосу.)

Спустя четверть колокола струящиеся из жаровни клубы дыма обрели форму и призрачную плоть.

Теперь они напоминали здоровенных толстых змей. Эти змеи вели себя вполне осмысленно, очерчивая круги и вертя призрачными головами в разные стороны, а кислая вонь от горящих углей вынудила воришку отойти в самый дальний угол двора и закрыть нос рукавом. Оттуда он видел, как Рилеранс, коему дурной запах был, похоже, нипочем, бешено машет широкими рукавами, снова и снова указывая своим призрачным ищейкам на руины «Уютной норы». Внезапно туманные создания на редкость слаженно развернулись к руинам и втянулись в трещины между закопченных камней.

Где-то через три дюжины ударов сердца над развалинами возник колышущийся столбик дыма – там, где раньше находился большой нижний зал таверны. Немного поодаль вырос другой, третий, четвертый… Завидев их, Рилеранс удовлетворенно кивнул наголо выбритой головой, отчего бархатная шапочка сползла ему на лоб, потер ладони одна об другую и вдруг резко выбросил кисть с полусогнутыми пальцами в сторону пепелища.