Престол Немедии

– Ах, какой мужчина! – восхитился Юлих и танцующей походкой направился к славянину. Подойдя, он прикоснулся тонким пальцем к бугрящимся под тканью куртки мускулам сибиряка.

– Какая сила! – Юлих заулыбался в лицо Сварогу. – Ты нездешний?

– Из Киммерии я, – буркнул славянин.

– Ах, как интересно! – Юлих подался вперед, обдав Сварога ароматом благовоний. – У вас на родине, кажется, очень жарко?

– Просто пекло, – заверил Сварог и на всякий случай отошел подальше. Разочарованный вельможа вздохнул и принялся обозревать в лорнет неподвижных гвардейцев.

Неожиданно дверь королевских покоев отворилась, и оттуда вышла заплаканная дама в накинутом на голову темном шарфе – знаке скорби. Натолкнувшись на Юлиха, который брезгливо отстранился, женщина пошатнулась и, всхлипывая, побрела по коридору.

– Госпожа Тана, – окликнула женщину Ирина и участливо спросила: – Что случилось?

– Ах, милая Ирина, ты не представляешь, – слезы градом катились по лицу госпожи Таны, смывая пудру и румяна. – Три дня назад казнили моего мужа – преданнейшего королю человека, ты же знаешь! – а теперь забрали сына.

Сейлор никогда не занимался политикой, он простой офицер! Я на коленях умоляла короля поверить мне и отпустить сына – но Его Величество отказал мне. Завтра моему мальчику отрубят голову на площади Трех Ворот!.. – женщина зарыдала в голос. – О Митра, что же происходит?!

Ирина хотела было что-то сказать – но от двери раздался тягучий как патока голос Юлиха:

– Его Величество ожидают госпожу Ирину и ее спутников!

Ирина торопливо и слегка смущенно погладила Тану по рукаву платья и, расправив плечи, стремительной походкой вошла в королевские покои.

Шамсудин и Сварог последовали за ней.

Тщательно отделанная и ставшей оттого уютной комната предназначалась, по-видимому, для частных бесед правителя с придворными. Стены были завешаны ткаными гобеленами – эта мода пришла недавно из соседней Аквилонии. С потолка на витом шнуре спускалась люстра, украшенная выточенными из горного хрусталя подвесками, блестящими в пламени ароматных свечей словно капельки росы.

На низком мозаичном столике стояли графин с вином и фрукты в фигурной серебряной вазе. В широком мягком кресле с удобной высокой спинкой сидел король и, слегка прищурившись, разглядывал вошедших. Позади него возвышались двое вельмож, у ног на скамеечке притулился карлик с огромной головой и печальными глазами.

Нимед был молод, но уже имел репутацию сильного и умного политика.