Склеп Хаоса

Само собой, что появление морского чудовища их изрядно удивило и напугало, однако у корсаров хватило ума не выскакивать сломя голову, не кричать и не размахивать оружием, пытаясь отпугнуть державшееся вровень с бортом корабля огромное животное.

С саэты не донеслось ни единого звука. Ее застигнутый врасплох экипаж оцепенело застыл на местах, и даже полуопущенный на талях баркас все также висел, задрав нос и наполовину окунувшись кормой в волны.

Дракон тем временем почесался верхней парой рогов о корпус галеры, заставив корабль закачаться, и зачем-то попробовал на вкус рулевое весло, оставив на нем глубокие зазубрины.

Требовалось срочно что-то предпринять. Зверюга пока держалась миролюбиво, но кто знает, что взбредет в ее башку спустя мгновение? Твари ничего не стоит выпрыгнуть из моря и всей тяжестью рухнуть на галеру, заставив судно черпнуть воды и отяжелеть. А такими зубищами можно запросто оторвать несколько досок и соорудить отличную пробоину. После чего любоваться, как корабль наберет достаточное количество воды в трюм и отправится в последнее путешествие – на дно океана.

Конан не надеялся, что ему удастся прикончить дракона – это было бы слишком большим подарком судьбы, но шанс здорово напугать зверя у «Джелико» имелся. Правда, для этого нужно было подняться по ступенькам трапа на кормовую надстройку…

– Капитан, ты куда? – зашипел мгновенно очнувшийся Сигурд, увидев, что собирается сделать киммериец. – Тебе жить надоело? Может, он сам уберется!

– Гребцов на весла, – через плечо бросил Конан.

 – Готовьтесь, сейчас придется рвануть с места.

Рулевой охнул, схватился за голову, потом заковыристо проклял весь мир и, пригибаясь, побежал между скамьями, раздавая пинки направо и налево. Конан тем временем поднялся на корму, решив, что можно попытаться отвлечь зверя разговором. Конечно, это весьма неожиданный для хищного зверя поступок – крутиться вокруг корабля и болтать с людьми, но вдруг он выжидает подходящего момента, чтобы напасть? Вот и не дождется!

– Ты еще скажи, что людей не ешь! – достаточно громко и возмущенно обратился киммериец к плескавшемуся возле корабля огромному зверю.

Вровень с бортом немедленно выросла огромная, обвешанная водорослями голова, и звучно фыркнула:

– Мне – есть людей? За кого ты меня принимаешь, смертный? Ни одно разумное существо, за исключением вашего рода, никогда не причинит вреда другому разумному существу. Кроме того, люди на вкус отвратительны.