Создатель звезд

Эти понятия, казалось мне, должны были быть созданы расой, одаренной не только более великим интеллектом, но и значительно большей и более всеобщей способностью жить в обществе, чем это было возможно сейчас на Другой Земле. Они, казалось, были основаны на убеждении, что все люди – добрые, разумные и внутренне дисциплинированные.

Я часто расспрашивал об этом Бвалту, но он всегда уходил от ответа. Напомню, что я имел доступ ко всем его мыслям, пока он целенаправленно не пытался их скрыть; он мог в любой момент, сделав особое усилие, думать приватно.

Я давно подозревал, что он что-то скрывает от меня, но вот он наконец рассказал мне эти странные и трагические факты.

Это было спустя несколько дней после бомбардировки столицы его страны. Через глаза и очки противогаза Бвалту я видел последствия той бомбардировки. Мы не попали в сам этот кошмар, но попытались вернуться в город, чтобы принять участие в спасательных работах. Но мало чем могли помочь. Жар, излучаемый пылающим центром города, был так силен, что мы не могли подойти ближе первых пригородов.

Но даже там улицы были почти непроходимы, завалены павшими зданиями. Повсеместно среди каменных обломков виднелись человеческие тела, изувеченные и обугленные. Большая часть населения была завалена руинами. На открытых пространствах лежало много тел людей, отравленных газом. Спасательные команды беспомощно бродили по руинам. Небо было затянуто дымом, через который лишь изредка проглядывало Другое Солнце и дневные звезды.

Побродив какое-то время по руинам, тщетно пытаясь найти, кому помочь, Бвалту сел на камни. Видимо, это бедствие «развязало ему язык», если можно так выразиться, чтобы описать неожиданную откровенность в его мыслях, направленных ко мне. Я сказал что-то насчет того, что будущий век будет с изумлением смотреть на это безумие и разрушения. Он вздохнул в противогазе и ответил: «Моя несчастная раса, похоже, обрекла себя на гибель, на этот раз необратимо». Я возразил: хотя наш город и был уже сороковым из уничтоженных, наверняка наступит день, когда люди одумаются, и раса наконец преодолеет этот кризис и пойдет дальше, будет становиться все сильнее и сильнее.

Тогда Бвалту рассказал мне странные вещи, которые, по его словам, он давно хотел мне рассказать, но почему-то никак не решался. Хотя многие ученые и студенты современного мирового сообщества уже и начинали смутно догадываться об истине, точно знал ее только он и еще немногие другие.