Обыграть босса

Устойчивость на шпильках так себе, но я же должна была попытаться. Это моя машина и мой геморрой, в конце концов. Однако запаску я отдала без возражений, даже дуться не стала.

– Вы лучше смотрите и учитесь, – подмигнул Ерохин, снимая дырявое колесо и пристраивая его в багажник, – В следующий раз моя помощь не будет безвозмездной.

–Сдерете три шкуры? По спекулятивной цене?

– Неа, потребую множество мелких услуг, – он снова подмигнул и заулыбался, как мальчишка.

Флиртует или мне кажется?

Я аж зажмурилась и затрясла головой, как Ерохин, чтобы избавиться от бредовых мыслей.

Второй день подряд он видит меня в слезах. Сегодня еще и в соплях, в разгаре истерики. Я повесила на него всех собак за собственные неудачи, а теперь возомнила, что босс меня клеит. Вот уж ересь. Приди в себя, Лена.

Оставив реплику Ерохина без комментариев, я решила привести себя в порядок. Пока он возвращал на место и затягивал гайки, я достала из бардачка влажные салфетки, стерла со щек грязные разводы туши и даже соплей.

Ох, да, конечно. Флиртует он. Это я себе крепко польстила.

Оценив свои опухшие веки, до боли захотелось спрятаться за очками, но это выглядело бы глупо. Еще глупее, чем предположение, что я нравлюсь начальнику. Милка ему приглянулась. Ее же домой отвез. А вернулся за мной, видимо, из чувства долга. Кажется, не так он и плох.

– Лен, поможете? – позвал меня босс.

Оставив в покое свое лицо, я быстренько откликнулась на зов.

– Да. Что нужно делать?

– У меня на заднем сиденье в машине бутылка воды.

Полейте на руки, пожалуйста.

– Ох, а может влажные салфетки лучше? – запоздало сориентировалась я, уже поливая боссу на испачканные ладони.

– Угу. Вы мне еще забыли перчатки предложить. Я видел в багажнике, – усмехнулся он.

– Не подумала, – настала моя очередь каяться. Сейчас от него была бы очень кстати реплика: «Это уж точно».  Но я не дала вставить слово, быстро перешла в оборону от нападения.  – Что же вы не попросили?

– Постеснялся.

Мы фыркнули синхронно, оценив его сарказм.

Салфетки босс тоже принял, протерев ими руки еще разок. А потом я заметила у него на лице мазок грязи. Прямо на щеке. Наверно почесался или стирал пот от усердия.

– Позволите? – попросила я скромно, вытаскивая еще одну салфетку из пачки.

Он недоуменно вскинул брови.

– У вас лицо…

– Как и у вас, – ответствовал Ерохин с новой долей иронии.

– На щеке грязь, – поспешила объяснить я и встала на цыпочки, чтобы аккуратно стереть.