Сначала кофе

Неожиданно подобная банальность показалась мне невероятно заманчивой перспективой. Пока забирала кофе, даже успела представить, как Кирилл целует меня, раздевая. Его руки скользят по моей коже… Господи, да что со мной? Совсем уже чокнулась.

Воспользовавшись свободной минуткой, я прошмыгнула в туалет, побрызгала на лицо холодной водой, по дороге глотнула воды в уголке для перекуса персонала, одернула форму. Нечаев за это время должен был уже выпить свой кофе и уехать, поэтому я спокойно отправилась убирать вип, уверенная, что на сегодня странные позитивные потрясения подошли к концу.

Так и вышло. За столом никого не было.  Я выдохнула и пошла убирать посуду. Но не успела сделать и шага, как почувствовала захват сильных рук на талии,  а через секунду уже была прижата спиной к мужскому телу.

– Попалась, зайчишка, – проговорил мне на ухо голосом злого серого волка Нечаев.

– Вы с ума сошли! – зашипела я на него, трепыхаясь.

Мое сопротивление ничего   не дало. Я только сумела развернуться к нему лицом.

И то, потому что он это мне сам позволил. Но теперь я могла сказать ему все в глаза.

Однако снова не вышло.

– Вызывай полицию, – проговорил Кирилл.

– Что? – не поняла я.

– Ты сказала, что заявишь, если я от тебя не отстану. Так вот: я не отстану.

Я едва не захныкала, предчувствуя, что он сейчас меня поцелует, и сходила с ума не от страха или брезгливости, а от предвкушения.

– Вы не можете мучить кого-то другого? – пискнула я.

– Не могу. Я уже выбрал тебя.

И Нечаев поцеловал меня.

Снова. Я еще не отошла от поцелуев после неудачного свидания, а он уже давал мне кучу новых ощущений и эмоций. В этот раз его губы были мягкими и осторожными. Он не пер, как танк, не пытался наказать меня, а нежно уговаривал, лаская мой рот своим. Его язык теперь не ломился внутрь, а дразняще скользил по губам, отступая и возвращаясь. Словно незваный гость, который уверен, что ему будут рады. Так и вышло. Я приоткрыла рот и пустила его.

Кирилл глухо простонал, углубляя поцелуй, стискивая меня крепче.

Я уже постфактум осознала, что больше не упираюсь ладонями ему в грудь, а сжимаю в кулаках лацканы пиджака.

Он провел губами по моим и стал целовать щеки, нос, прикрытые веки. Прохрипел, еле слышно:

– С ума меня сводишь, зайчишка.

Сил оттолкнуть его уже не было. Их едва хватило, чтобы отпустить пиджак и стоять столбом, пытаясь делать вид, что он опять меня принуждает. Чтобы не вестись на сладкие речи, я вернулась к яду.