Валютный извозчик

Валеро обнял меня:

– Знаешь, Лонов… По-моему, мы с тобой видимся в последний раз.

– Что за ребята, с которыми имел дело Пичугин? Ты их знаешь?

– Марксисты-нонконформисты.

– Что за группа? Откуда?

– Французы. Очень хорошие ребята.

– Как они себя называют?

– Я тебе сказал: марксисты-нонконформисты. Понимаешь, Лонов, марксисты-нонконформисты. У вас таких не осталось. Только Маркс на площади да Ленин в мавзолее.

– Они купили ему билеты?

– Да.

– Где они сейчас?

– Улетели вместе с ним.

– Он им платил?

– Ну ты, Лонов, совсем обуржуазился.

Есть еще такие вещи, которые не покупаются. И люди есть, которые не покупаются. Они ему помогли по идейным соображениям. Очень уж им ваш Горбачев не нравится. И не только им.

10. Гоголь

Мы сочиняли телеграмму в Москву.

«По сведениям, полученным от жены представителя Аэрофлота Г. Скакуновой, она видела Пичугина за день до его отлета в компании двоих мужчин и одной женщины, предположительно французов. По сведениям, полученным Лоновым на основе личных контактов от советника посольства Кубы В.

Родригеса, эти люди принадлежат к левацкой французской группировке марксистов-нонконформистов, и якобы именно они организовали, а также оплатили полет Пичугина и его жены во Францию. О каких-либо других контактах Пичугина с членами этой группировки неизвестно. По словам того же В. Родригеса, члены группировки вылетели во Францию вместе с Пичугиными. Информация, полученная от кубинца, нуждается в проверке».

– Будем писать о Гоголе? – спросил резидент.

 – Не сочтут за идиотов?

– Могут. Но не писать нельзя. У меня какое-то чувство, будто именно этого Гоголя я и должен был везти в Женеву.

– Я тоже об этом подумал.

– Абсурд.

– Абсурд.

– Может, порода дерева какая-то особо ценная?

– Вряд ли. Обыкновенное серое дерево. Оно, конечно, дорогое, но не настолько.

– Наверное, оно трудно поддается обработке. И важно искусство мастера.

– Но не до такой степени, чтобы прятать статуэтку в женевском банке.

– Ты держал ее в руках?

– Держал. Маленькая, но тяжелая.

– Спасибо, Пичугин взял ее с собой, а то бы мне пришлось таскать. Постой… А не было там чего-то внутри? Какого-нибудь алмаза, например.

– Конечно, тайник мог быть. Иначе зачем он прятал статуэтку в сейфе? Но мы этого не знаем.

– Верно, не знаем, – согласился я. – Но про статуэтку писать надо.

– Про статуэтку надо. А вот про Гоголя… Давай напишем про статуэтку, но не упомянем Гоголя.