Работа над ошибками

– Да, одно дело на колесах, другое – пешком… Не хотелось бы ковылять на своих двоих даже лишний десяток метров. Тем более что ходок из меня сейчас тот еще… – ответил я и попытался выдавить улыбку.

– Слушайте, даже если эта колымага не дотянет, я вас на себе понесу, сэр! Сколько бы ни пришлось пройти. Я вас не брошу! Вы же спасли все самое дорогое, что у меня есть.

Я поймал его взгляд, брошенный в зеркало заднего вида на лобовом стекле. Обернулся и посмотрел на молодую негритянку, которая с затравленным видом сидела, съежившись, на заднем сиденье, в накинутом на голое тело медицинском халате.

С пеленой слез на глазах она крепко прижимала к себе такую же до смерти перепуганную девочку лет шести. В ногах у них лежал «Калашников» с заляпанным кровью деревянным прикладом и тюк с наскоро собранными вещами.

А ведь еще час назад я даже не подозревал, что все будет так.

После того как в начале августа 2016 года в средства массовой информации просочилась информация о том, что запрещенная в России и многих других странах организация ИГИЛ назначило нового лидера террористической группировки «Боко Харам», которым стал Мусаба аль-Барнави, все только и ждали очередного зверского кровопролития, которое и без того не прекращалось в Нигерии практически ни на один день.

Едва ли ни по всей стране происходили стычки между регулярной армией, полицией или силами специального военного подразделения Африканского союза и боевиками. Особенно на севере, где экстремисты чувствовали себя гораздо свободнее и соответственно действовали более дерзко.

Российская миссия Красного Креста, где я работал переводчиком вот уже больше года, располагалась в Кано, но я, не желая сидеть на месте, при первом же удобном случае старался отправиться в какой-нибудь полевой госпиталь, разъезжал с разными поручениями в составе выездных медицинских бригад по всему северо-востоку. В основном это были штаты Джигава и Йобе. Неделю здесь, две – там, потом обратно в Кано к бумажной работе в административном центре и дежурству у телефона.

Но последняя местная командировка, по истечении которой мне предстояло вернуться домой, затянулась дольше, чем на месяц.

После двух недель в Нгуру нас маленьким самолетом забросили на север штата Борно и мы разбили полевой госпиталь рядом с крохотным аэродромом, приспособленным для небольших самолетов, между Карету и Газабуре, который охраняли миротворцы в своих голубых касках.