Работа над ошибками

Когда он толкнул рукой очередную дверь, мне в глаза ударил яркий солнечный свет, и я невольно зажмурился, а китаец вытолкнул меня наружу и указал куда-то пальцем.

– Апельбелгсгатан, мистел!

– Что? – в растерянности переспросил я. – Что дальше?!

Это была узкая улочка, по которой медленно катились автомобили и шли редкие прохожие. Чуть в стороне прямо на проезжей части стоял потрепанный «Сааб», который мешал движению других машин.

– Сколее зе, мистел! Сагайте! – Мао подтолкнул меня в спину и снова показал пальцем, куда надо смотреть.

Я понял, что он тычет пальцем именно в неправильно припаркованный «Сааб». Водитель, который сидел за рулем, тут же потянулся к пассажирской двери, и та распахнулась.

Не помню, поблагодарил ли я Мао за помощь. В два прыжка оказался радом с машиной, плюхнулся на пассажирское сиденье рядом с водителем и захлопнул дверь.

– Ну, привет, шпион! – расплылся в белозубой улыбке Андерс Хольм и по-приятельски ткнул меня кулаком в плечо.

Я тут же полез в карман за телефоном и выключил его.

Машина взревела двигателем и рванулась с места. Но на первом же перекрестке Андерс Хольм уже сбавил обороты, пропустил черный внедорожник «Ауди», который едва не влетел нам в бок, когда мы сворачивали на Олофсгатан, и наш «Сааб» влился в неспешный городской поток автотранспорта.

– Привет… – наконец выдохнул я с облегчением, посмотрел на своего бесшабашного знакомого и тоже не смог сдержать улыбку.

Андерс Хольм заметно преобразился с момента нашей с ним последней встречи. Неряшливая поросль на подбородке и щеках приобрела ухоженный вид и четко обозначенные контуры. Непослушные волосы были пострижены и аккуратно уложены. Вместо привычного для меня грязного тряпья на нем были джинсы, джемпер с V-образным вырезом, обнажавший татуировку в виде обвившей шею колючей проволоки, и легкая стеганая куртка. А так все тот же необузданный дикарь с белозубой улыбкой и массивной серьгой в ухе, только упакованный в тесную обертку обычного городского жителя.

Машину мы оставили на углу Хумлегардсгатан и Стурегатан. Андерс Хольм сказал, что будет лучше, если мы прогуляемся на свежем воздухе, чем залезем в какой-нибудь темный и душный угол. В ближайшем кафе мы взяли кофе на вынос и теперь медленно брели под желтеющими кронами деревьев парка Хумлегарден, где располагалось здание Национальной Шведской Библиотеки.