Реактор. Черная быль

Когда Юрка уже закачивал десятый класс, отец, чуть ли не впервые, заговорил с ним:

– Гостиницу «Россия» знаешь?

– Знаю, – несколько растерянно ответил сын, не ожидавший такого вопроса. – Новая, недавно открыли.

– Во-во. Завтра в восемнадцать ноль-ноль явишься в Северный корпус, пятнадцатый этаж, номер пятнадцать – ноль ноль.

– А кого спросить или передать чего надо?

– Ничего передавать не надо и спрашивать тоже не надо. Себя назовешь. Там все узнаешь и смотри, не обоср… короче, слушай внимательно, от этого разговора в твоей жизни много чего зависеть может.

Этому «оживленному» разговору с сыном предшествовала встреча, случившаяся накануне. В гараж частенько заглядывал солидный подполковник, у которого была «Волга»-универсал. Водителем подполковник был аховым, из тех, кого называют «не водитель, а наездник», так что машина постоянно требовала ремонта. Подполковник называл ее «Антилопа» и доверял только «золотым рукам» Ивана Константиновича. После очередного ремонта пламенный чекист извлекал из багажника неизменную бутылку перцовки, и они выпивали с механиком «по махонькой».

В этот вечер, заехав в гараж, офицер сразу начал с «перцовки». После первой сразу перешел к делу:

– Я тут, Константиныч, твою анкету полистал… Да расслабься ты , чего напрягся, чистая у тебя анкета, иначе бы не работал у нас. Просто посмотрел, сколько лет твоему сыну, справки навел и выяснил, что он через месяц школу оканчивает. И вот что я подумал. У нас в вузах слишком много всяких вольнодумцев развелось – и среди студентов, и среди педагогов.

Все в сторону Запада косятся, и дороги у них лучше, и магазины и вообще не жизнь, а сказка. Совсем нюх потеряли. Короче, нам нужны ребята, преданные общему делу, из таких вот семей, как твоя. Мы парню поможем в вуз поступить, а он, по мере сил, поможет нам. А там, как знать, может, и чекистом станет. Как тебе такая перспектива?

Прутков-Слащинин молча потянулся к бутылке, наполнил стаканы, выпил и протянул руку подполковнику.

***

Ровно в шесть часов вечера Слащинин-младший постучал в номер 1500 гостиницы «Россия» и, услышав громкое «войдите», переступил порог.

Мебель здесь была не гостиничная, а канцелярская, за письменным с толом сидел немолодой уже полноватый мужчина. Пиджак его висел на спинке стула, рукава рубашки были закатаны до локтя, узел галстука приспущен.

– Я…

– Знаю, знаю, ты Юрий Иванович Слащинин. А меня можешь называть Иван Иванович. И фамилия моя – Иванов.