Спасатели тонут тоже

Мы понимали, что поэт наверняка опишет свои впечатление в очередном произведении, поэтому старались вовсю, травили морские истории, словно, как поётся в известной песне, в ожидании пьянки извертевшись на пупе.

Экипаж за переход до порта Мальмё, как говорится, притёрся и сдружился. Люди понимали, что специфика работы не позволяет замечать недостатки в характерах коллег, иначе безопасность плавания окажется под вопросом их-за частых скандалов и острых склок.

Рыжий весельчак Боря попытался прощупать курсантов, как говорится, на вшивость, когда стал предлагать Владимиру сточить заусенцы на кнехте, а мне помочь ему разогнать туман шваброй.

Мы были уже не новички в морском деле, совсем не салаги, поэтому я отклонил его просьбу и спросил:

– Знаешь, как на флоте повара называются?

– Как? – хмыкнул недоверчиво Борис.

– Не как, а кок! – засмеялся я.

Замполит всё слышал, поэтому тоже посмеялся над кочегаром вместе с нами и рассказал новый анекдот сам:

– Идёт пьяный моряк. Бескозырку задом наперед надел, ленточки на лицо свисают.

Идёт, ленточки руками всё время раздвигает и говорит:

– Когда же эти камыши кончатся?!

Мы схватились за животы. Замполит нравился нам явно.

Я решил блеснуть тоже, вспомнил анекдот, как молодой матрос поймал золотую рыбку.

Та просит:

– Отпусти, братишка! Я выполняю любое желание!

– Ну тогда выполни первое желание капитана, когда он утром выйдет на палубу.

Капитан утром выходит, потягивается и говорит:

– Ну и погодка! Якорь мне в задницу!

Худо-бедно, но при крейсерском ходе в восемь-девять узлов, буксир за неделю «дочапал» до большого шведского острова Готланд, когда получили штормовое предупреждение.

Небо стремительно темнело и вскоре выглядело свинцово-чёрным. Для нашего «Норильчанина» волна в восемь баллов не страшна, но лихтер с шапкой брёвен на трюме не перенёс бы её.

Капитан со старпомом решили уйти в ближайший залив, чтобы переждать, укрываясь за островом.

Без всяких приключений буксир стал там на якорь.

Ветер усилился через пару часов и яростно свистел в снастях мачты.

Команда любила такие стоянки. Во-первых, капала валюта за каждый день нахождения за кордоном. Во-вторых, штурмана и механики могли находиться в каютах, поэтому вахтенные мотористы, кочегары и матросы чувствовали себя свободно и не особенно фанатично исполняли свои обязанности.

В кают-компании радист Михаил крутил фильмы. Команда развлекалась, как могла.