Свергнутые боги

Воздух вокруг его головы стал густеть и темнеть, пока не приобрел коричневый оттенок. Стольник знал, что это цвет страха.

– Ты что, храбрый такой? – выхаркнул слова санитар.

– Да нет, я нормальный, – объяснил Стольник.

– Ты, псих, еще и издеваешься? – воскликнул санитар, в свечении вокруг его головы появился красный цвет агрессии. – Нормальных тут не держат!

Все происходило удивительно медленно. Стольник увидел, как напряглись суставы пальцев, как взлетела резиновая дубинка, размазываясь в пространстве, направляясь ему в шею, он удивился, для чего санитар делает такие медленные движения.

Может, он просто хочет передать ему дубинку и неправильно ее направил. Харитон сделал шаг навстречу санитару, потом ушел немного в сторону, повернулся боком, и дубинка оказалась у него в руках.

Санитар замер и смотрел растерянным взглядом с растопыренными от неожиданности руками. Стольник не понял, зачем санитар хотел показать ему свое оружие. Ничего интересного он в нем не увидел, поэтому, рассмотрев с разных сторон, протянул обратно.

Санитар расставил руки в стороны, почему-то не решаясь взять. Стольник расценил это как настойчивое желание с его стороны, чтоб он все же рассмотрел странную резиновую палку. Осмотрев ее еще раз, Харитон ничего необычного и интересного по-прежнему не заметил и протянул дубинку повторно.

В этот раз санитар все же взял дубинку. Отскочив на несколько шагов, он ткнул ей в сторону Стольника.

– Ты даже не представляешь, что я тебе устрою, – злобно прошипел он и, развернувшись, зашагал к выходу из отделения.

Харитон стоял и думал, пытаясь понять, что сейчас произошло.

– Спасибо вам, – не поднимая взгляда от пола и так же дрожа всем телом, произнесла девушка.

– За что? – не понял он.

– Вы единственный, кто смог меня защитить от него, – объяснила девушка.

– Он тебя обижает? – уточнил он свою догадку.

– Он всех обижает, – всхлипнула девушка.

– Я ему объясню, что так нельзя, он тебя больше не обидит.

– Имея намерение объяснить, нужно еще видеть в человеке способность вас понять.

– В любом случае не обидит. Он не нарушит границ твоей «абсолютной свободы», – пообещал Стольник и пошел к лавочке возле окна.

Стулья больным были не положены, ведь стул можно использовать как оружие. Сев на лавочку, прикрученную к полу, Харитон устремил взгляд на девушку. Теперь он должен за ней присматривать, ведь он обещал.