Онегия

Иногда Волек, чтобы слегка развеяться, садился за гончарный круг и создавал что-нибудь. Потом показывал свои творения Онегии, пытаясь таким образом как-то отвлечь её от болезни, надеясь, что это благотворно повлияет на её состояние. Однако с каждым днём Онегии становилось всё хуже и хуже. Последние несколько дней она даже перестала стонать – просто лежала, закрыв глаза, и лишь мокрый от пота лоб и слегка поднимающаяся грудь свидетельствовали о том, что в ней ещё теплится жизнь.

Снова и снова Александр перечитывал это место и не знал, как продолжить его.

Она умирает, а он простой гончар – даже не лекарь. Принцессу ищут, поэтому к лекарю обратиться он не может. Спасти её может только чудо. А как же любовь? Любовь ведь умеет творить чудеса, так почему бы и сейчас не произойти такому чуду? Но что должно случиться? Как любовь поднимет почти мёртвого человека с постели? Александр не знал. Пожалуй, сейчас он не меньше, чем его герой нуждался в чуде.

Просидев с ручкой в руке около часа, Александр понял, что сегодня ему не взять эту крепость – она тверда, как скала, и также неприступна.

Он отложил рукопись в сторону и бросил взгляд на дневник: быть может, его друг по разуму, Дмитрий Пестудный, ему ответит…

Дневник художника. Запись №5

Как бы мне не хотелось бросить всё, я вынужден признать, что без работы я бы вообще не выжил. Особенно это чувствуется, когда получаешь вознаграждение за свой труд. В такие моменты кажется, что всё правильно, всё тихо и ровно идёт своим чередом – и волноваться совершенно не о чем.

Такова жизнь – не нам решать, что хорошо, а что плохо, и как должно быть всё устроено.

Так было и в этот раз. Видимо, нам с напарником удалось удовлетворить требование Арсена. Это можно было легко понять по его довольной ухмылке. Заплатил, как и обещал, – тут ничего не скажешь. Напарник сразу же отправился праздновать: уж очень он любил это дело, особенно в компании симпатичных и легкодоступных женщин. А я запасся едой, прикупил пару новых красок и кистей и даже успел сходить на выставку картин современных художников.

Несмотря на эмоции, которые я получил от посещения экспозиции, настроение было абсолютно не творческое. Оказавшись наконец-то дома, захотелось устроить праздник живота, а после – погрузиться в спокойствие и комфорт и просто побездельничать, но, коснувшись подушки, я тут же заснул.

Зачем я её открыл однажды? Как мне это удалось? Мой желудок накормлен, но это не значит, что голода больше нет.