Депортация

А для инвестора важно деньги вложить выгодно. Принт нельзя скопировать, и цена его будет расти.

– Как это – нельзя? А вот если на ксероксе?

– На ксероксе ты получишь копию, которая ничего не стоит. Как если бы сотенную купюру отксерил.

Мишаня призадумался.

– Да, Палыч, ты у нас как этот, Гарун аль-Ротши?льд. А скажи, вот можно такое написать, короче, месяца за три? Ну хотя бы за пять?

– Можно. Только читать никто не будет.

– Слушай, Палыч…

– Да?

– А подари мне её, вот эту самую!

– Видишь ли, Мишаня… Это первый экземпляр.

И по традиции он остаётся у автора. А остальные книжки уже разошлись. Зато в этой штучке… – я протянул ему флешку, – мой задел на будущее. Вот тут я тебя точно не забуду.

– А это что? – Мишаня недоумённо вертел в руке призмочку.

– Это флешка. А в ней файл с моей рукописью. Следующая моя книга, «Занимательная радиация». Почти готова. И тоже на принты надеюсь.

– А почему флешка-то?

– Дублирую файлы. Мало ли что с жёстким диском случится.

– Палыч, ты не догоняешь.

Нынче все хранят в облаке.

– Пускай! А мне вот приятно в руке подержать этакое тяжёленькое, настоящее. Тогда и мысли приходят сто?ящие.

– А почему она у тебя такая, ну, форма геометрическая? И блестит?

– Это тепловыделяющая сборка, уменьшенная копия. И укороченная. Ну, топливная кассета, как бы полено в ядерном реакторе. Слыхал?

– Ну да.

– Флешка у меня суперская. Специальный сплав. В огне не горит, под водой сто метров держит. И содержимое сей штучки, Мишаня, даёт мне шанс войти в первую десятку писателей.

Мог ли я вообразить, что из-за этой вот рукописи жизнь моя изменится бесповоротно – и вовсе не так, как я планировал?

– В первую десятку?

– Да, Мишаня. Лет через сорок. Тогда мои принты будут стоить ещё дороже. И вот…

– Через сорок лет?..

– Ох, Мишаня, прости дурака, ляпнул не подумавши.

– Да ладно, – проворчал Мишаня, вновь покосившись на циферблат.

– А что за дела? Ты всё же торопишься?

– Нет, но скоро… Ну, «Евровести».

– Не понял, мы же вот сейчас смотрели.

Ты можешь толком объяснить…

– Палыч, ну, там будет важное. Для чего я к тебе в гости-то и напросился.

– А для чего? Я думал, по старой дружбе.

– Ну да, – промямлил Мишаня. – И посоветоваться чтобы.

– Посоветоваться? Насчёт чего? Да рожай ты уже! Подожди, «Евровести» твои во сколько? В двенадцать? Двадцать минут у нас в запасе имеется.

С Мишаней любой разговор чем хорош: сколько помню – скучно не бывает.

Глава 2.