Депортация

Когда я впервые очутился в Моравии, то бесконечно бродил по холмистым равнинам, словно узнавая и вспоминая… Казалось, это и есть моя настоящая родина.

Да, и главное – люди. Представьте такой опыт. Вам предлагается пару лет прожить на необитаемом острове в компании из пяти человек. Или десяти, неважно. Вы не вправе выбирать пол, возраст, характер. Тут дело случая. Но будущие соседи должны быть одинаковой национальности. Вам следует отдать предпочтение одной?единственной.

По зрелом размышлении я свою приверженность обозначил.

Никого не хочу обидеть, но дорогих россиян отбросил сходу. А вдруг попадётся разбойник с сизым носом? Или гиперактивный борец за справедливость? Сегодня он с себя последнюю рубашку снимет, а завтра заметит, что по стаканам разлили не поровну да за нож схватится.

Первым номером у меня идут белорусы. Работящие и прилежные, искренние и душевные – те качества, что мы, русские, приписываем себе, куда характернее для наших славных братьев.

Второе место в системе длительного общежития я бы отдал евреям.

Они книжки умные читают, беседы мудрые ведут; с ними интересно, у них всегда есть чему поучиться. Хотя нет, лучше воздержусь: в этом маленьком Израиле я оказался бы нацменом.

Чехи – вот кто вне конкурса в моём мысленном эксперименте. Их спокойная приветливость, сдобренная юмором, тихое достоинство, природная красота в любом возрасте, терпимость к чужим недостаткам – сочетание, каких мало.

И что ещё делает Чехию желанной – то, что в этой стране отсутствует. А нет здесь суеты, погони за успехом.

Бог миловал от агрессии. Выпивший, и даже крепко выпивший чех не превращается в зверя или животное. И да, чехам не свойственно русское раздолбайство; но миновала их и немецкая заорганизованность.

Осознав, насколько близка Чехия моему сердцу, я приложил немало усилий, чтобы обзавестись тут вторым домом. Вторым – ибо в преклонном возрасте негоже отбрасывать прошлую жизнь, ломать привычки и радикально менять культурный код. В России остались друзья и дальние родственники.

Но вот уже семь лет чешский дом служит нам летней резиденцией. А лето в Южной Моравии настоящее, и длится больше полугода, а не два?три хилых месяца, как у нас на Урале.

И уютный дом в красивейшем месте Центральной Европы, и зелёный холм, и парк, и мини-море – всё это наша собственность. Ну, почти наша: недвижимость мы взяли в кредит. Процент небольшой, хотя деньги немаленькие. И не просто деньги – витабаксы.

Я вновь окинул взглядом наше «поместье».