Камуфлет

Выйдя из метро, сходу зашли в гастроном. Однако и тут случилась очередь. Мы поглядывали друг на друга, и зуд мой всё усиливался.

Нелегал – это вам не хухры-мухры. Тайные встречи с агентами, уход от преследования, явки и пароли. Шикарные женщины и охренительные машины. Фотоаппарат, замаскированный в галстуке, стреляющая авторучка…

Хочешь проверить, нет ли за тобой слежки – включи левый поворот, а сам поверни направо.

Хорошо отрываться у железнодорожного полотна.

– Как я вас узнаю? – Под мышкой я буду держать мотороллер «Тула».

– Спички есть? – Отсырели.

– Здесь посылают ракеты на Марс?

– …Костя?

– А?

– Что берём? Давай «Бостон»? Питерская штучка, мягкая.

Ну да, мы же все теперь обожаем питерское.

– А давай-ка лучше вон ту. «Гостиный двор – хлебная». Тмином пахнет, пьётся даже без закуски. И тоже, кстати, питерская.

Он хмыкнул. В итоге взяли ноль-пять «Бостона» и ноль-семь «Гостиного». И закуски, попроще. Так захотелось, попроще.

Знать бы заранее, какой урок преподаст мне эта встреча.

Глава третья. Весёленький вечер

Три дела, однажды начавши, трудно кончить:

а) вкушать хорошую пищу;

б) беседовать с возвратившимся из похода другом;

в) чесать, где чешется.

    Козьма Прутков

Начали мы с «Бостона». Я потянулся за гостиничными рюмашками, но Белый посмотрел с укоризной. Нашлась пара гранёных стаканов. Я разливал, а Белый, пока булькала водочка, внимательно меня разглядывал. .Дружно махнули за встречу.

Хороша, родная! Чёрный хлебушек пахнет одуряюще. Сверху огурчик порежем, бутерброд называется. Колбаса, колбаса, я тебя сейчас сожру!

И не терпелось, ох не терпелось. Слаб человек. Но это же Белый, живой Штирлиц. Нет, ну как это он? В чужой стране, с поддельными документами. А попадёшься? Хана, нелегалы ведь работают без дипломатического прикрытия. Им, если что, не высылка грозит, а тюрьма, и срок астрономический. А до того запытают до полусмерти.

Вспомнили наших ребят; говорил больше я.

– Белый, а скажи, тебе там было страшно? Если что, мучили бы, да и сроки за шпионаж – ого-го.

– Да брось. Конечно, провал – это дерьмово. Но не смертельно. Пытки, говоришь? Нет, коллег из России в нормальных странах не терзают. Не война всё-таки.

– А как же…

– Полиграф. Или психотропные средства. Пентотал, он же тиопентал натрия, в просторечии сыворотка правды.