Убийство в сердце империи

От неожиданности эльфу показалось, что он ослеп, настолько мрак вокруг него казался всеобъемлющим. Гражданская администрация города неоднократно пыталась пробить запрет на наружную рекламу в ночное время, однако синдикаты и корпорации вкупе с Советом с помощью нужных исследований доказали, что честному немецкому народу, а с ним и другим жителям Берлина не мешает неон с улицы в темное время суток. Тем более люди просыпаются довольно рано и подобный запрет будет негативно отражаться на торговле, а как следствие и на налоговых отчислениях.

Логика предложения хромала на обе ноги, но деньги делали свое дело. Оттого так и повелось, что искусственное солнце мегаполиса заходило только ранним утром, передавая смену космическому собрату хлопком ладони. Только поздней осенью и зимой ночь получала возможность показать всем свое истинное лицо хотя бы на пару часов. Это случилось и сейчас. К черту. Рука разжалась.

Предпочитая общественному транспорту собственные ноги, Этцель шел по влажному асфальту, минуя квартал за кварталом, не особо обращая внимания на окружающий его город.

Столица быстро просыпалась, под огромными вывесками и щитами уже копошились мелкие торговцы, пекари выкладывали в корзины первые порции сдобы, уборщики на своих ярко-оранжевых машинах чистили и без того опрятные улицы. Что-то в аргументации воротил бизнеса было правдивым. После Войны культура Германии почти не изменилась: добрый, честный труд так и оставался главной благодетелью. Подъем раньше всех петухов считался нормой, а жизнь после работы сводилась к немудреной выпивке, покупкам скарба, да плотским утехам. Только другие народы да иностранцы сдабривали собственным существованием пресный студень немецкого государства. Однако сейчас подавляющее большинство гостей спало спокойным, крепким сном гедониста, спасаясь от вездесущей рекламы и утреннего брожения улиц кто ставнями, а кто фотохромными стеклами своих спален. Все зависело от достатка.

Одетый по европейской моде в джинсы и темно-синюю стеганую куртку, Этцель не выпадал из когорты обычных обитателей Шёнеберга.

Длинные уши, так смущавшие жителей еще 25-30 лет назад, теперь были в моде, так что молодой человек с длинными волосами и вытянутыми вверх ушами у большинства ассоциировался в первую очередь с огменом[1 - Огмен (от англ. «Augman») – субкультура с начала 20-х годов 21 века. Сложное слово из англ. «Augmentation» – дополнение и англ. «man» – человек.], чем с бессмертным, шагающим ранним утром на своих двоих в сторону центра.