Кремль 2222. Чертаново

Ермак хотел поскорей выбраться из подвала… точней, его беспокоил не столько сам подвал, сколько его угрюмый лохматый обитатель: подолгу находиться рядом с ним для мужчины было невыносимо.

«Да и запах тут, внизу… мертвечиной все пропахло!.. И тухлятиной…»

На свежем воздухе стало чуть полегче – хоть и свежести он, конечно, был не первой. Ядерная война практически стерла столицу России с лица Земли, оставив на ее месте чудовищную московскую Зону, в которой обитали твари всех мастей – тут тебе и разумные роботы, питающиеся человечиной, для краткости именуемые био, и вампиры-шамы, способные мысленно управлять людьми, и масса других мутантов… И каждая из этих тварей, конечно же, обожает питаться мясом хомо.

Как, например, запертый в подвале нео. Ему-то, в общем-то, все равно, он может жрать что попало. Но если предложить ему выбирать между человечиной или тем же мясом крылана, он в десяти случаях из десяти охотней выберет человечину. И точно так же рассуждают девяносто девять процентов других тварей, слоняющихся по московской Зоне в поисках прокорма.

Ермак, конечно же, прекрасно знал о таком положении дел, иначе ни за что бы не дожил до сорока. Без удачи, понятное дело, тоже не обошлось, но если бы мужчина разгуливал по городу, как по собственному подворью, не таясь и насвистывая, его давным-давно сожрали бы, несмотря на любое, даже самое великое везение.

«Надо забрать второго рукокрыла, – шагая к дверному проему, за которым виднелся костер, трупы вормов и облепленный бабочками крылан, подумал Ермак.

 – Пусть Глеб поест на славу… а я пока опять к Полю сходить попробую – вдруг Черный Целитель хотя бы сейчас соблаговолит ко мне выйти?»

Надежды было мало, но Ермак продолжал верить.

Да и мог ли он вести себя иначе? Ведь там, внизу, в клетке из толстых прутьев сидел его единственный сын Глеб, волей треклятой московской Зоны обращенный в кровожадного лохматого монстра.

Глава 1

Под куполом

– Ты тупой, как… как камень тупой, понял?

– Да ты сам тупой… тупей даже, чем камень, вот!

Боррд открыл правый глаз и уставился на спорщиков.

Два дикаря, оба лохматые и угрюмые, орали, не жалея глоток, и, кажется, готовы были с минуту на минуту вцепиться друг другу в глотки.

– Заткнитесь, – прорычал Боррд, не желая подниматься с насиженного места ради этих кретинов. – Пока я вам обоим бошки не пооткручивал.